Духовно- нравственная мотивация и воспитание личности Труфакина Н.М.- преподаватель Хабаровского технического колледжа Проблема духовно-нравственного образования сегодня стоит в нашем обществе как никогда остро. Причин тому достаточно много и одна из них ликвидация института воспитания. Отказ от идеологии прошлого привёл к распаду «связи времён», чувства сопричастности к истории своей родины, и судьбе живущего рядом человека. Тиражируемые на всю страну, средства массовой информации ведут разрушительную антидуховную пропаганду, становятся причиной снижения критериев нравственности и даже угрожают психическому здоровью человека. В наше сложное время потерь духовных ценностей и ориентиров проблема нравственности усложнилась и актуализировалась одновременно, вызывая тревогу за судьбы наших детей. Как воспитывать их? Чем наполнить и укрепить их душу, чтобы уже сегодня он мог отличать добро от зла, противостоять процветающей в нашем обществе безнравственности и агрессии, ставящей под угрозу не только человеческую культуру, но и человеческую жизнь вообще. ![]() Глубокие социально-экономические преобразования, происходящие в современном обществе, заставляют нас размышлять о будущем России, о ее молодежи. В настоящее время «смяты» нравственные ориентиры и подрастающее поколение обвиняют в бездуховности, безверии, агрессивности. Но не все потеряно, человек — существо духовное, он стремится не только к физическому развитию, но и к духовному становлению. Известно, что основой духовно-нравственного воспитания является культура семьи и образовательного учреждения, той среды, в которой живет человек, в которой происходит его становление и развитие. Подрастающее поколение всегда находится в том окружении, которое формирует своими законами государство, традициями семья, обычаями и идеалами детско-юношеские коллективы, трудовые коллективы, которые закладывают основы мировоззрения и отношения человека к себе, миру в целом и мотивируют человека, мотивируют к духовному становлению. Но автоматизма к получению положительного результата в этом процессе нет. Все значительно сложнее, иногда человеку нужно прожить целую жизнь, что бы обрести веру в себя, людей, общество. Актуальность проблемы воспитания связана со следующими четырьмя положениями: Во-первых, наше общество нуждается в подготовке широко образованных, высоко нравственных людей, обладающих не только знаниями, но и прекрасными чертами личности. Во-вторых, в современном мире подросток живет и развивается, окруженный множеством разнообразных источников, сильного воздействия на него как позитивного, так и негативного характера, которые ежедневно обрушиваются на неокрепший интеллект и чувства ребенка, на только формирующуюся сферу нравственности. В-третьих, само по себе образование не гарантирует высокого уровня духовно-нравственной воспитанности, ибо воспитанность — это качество личности, формирующееся в повседневном поведении человека, его отношении к другим людям, на основе уважения и доброжелательности к каждому человеку. В-четвертых, вооружение нравственными знаниями важно и потому, что они не только информируют школьника о нормах поведения, утверждаемых в современном обществе, но и дают представления о последствиях нарушения норм и последствиях данного поступка для окружающих людей. Знать нормы поведения недостаточно для того чтобы им следовать. На мой взгляд, и исходя из имеющегося опыта, правильное поведение должно формироваться посредством «тренинговых мероприятий», чтобы каждая клеточка организма была «пропитана» определенным навыком ситуативного поведения с основами духовности и нравственности. Таким образом, духовно-нравственное воспитание (образование) — это непрерывный процесс, он начинается с рождения человека и продолжается всю жизнь, и направлен на овладение человеком правилами и нормами поведения в социуме. Духовно-нравствнное воспитание (образование) — это педагогически организованный процесс усвоения и принятия базовых национальных ценностей, освоения системы общечеловеческих, культурных, духовных и нравственных ценностей многонационального народа Российской Федерации. Духовно-нравственное развитие гражданина России – это процесс последовательного расширения и укрепления ценностно-смысловой сферы, формирования способности человека сознательно выстраивать и оценивать отношение к себе, другим людям, обществу, государству, миру в целом на основе общепринятых моральных норм и нравственных идеалов, ценностных установок. Это всегда живая практика, ежедневно, ежечасно. Н.И. Болдырев отмечает, что специфической особенностью нравственного воспитания является то, что процесс этот длителен и непрерывен, а результаты его отсрочены во времени, их нельзя обособить в какой-то специальный воспитательный процесс. И в тоже время нужно четко понимать, что этот процесс не может происходить сам по себе, если не будет присутствовать мотивация личности в её самореализации и самосовершенствовании. Без названного выше затухание процесса самосовершенствования будет обеспечено. Такое «затухание» мы наблюдаем сейчас в нашем обществе. Таким образом, духовно-нравственное воспитание является целенаправленным процессом, предполагающим определенную систему содержания, форм, методов и приемов педагогических действий, в том числе мотивации по формированию мировосприятия и соответствующего поведения личности. Реализация задачи духовно-нравственного воспитания на порядок сложнее и ответственнее, чем передача предметных знаний и возможна при особом состоянии души учителя и ученика, определяющимся ясность духовно- нравственных воззрений. По словам К.Д.Ушинского, настоящего учителя и учеников роднит «особенная теплота и задушевность отношений», основой которой являются духовные качества личности педагога: вера, любовь, честность, открытость, мудрость, красота души. Сухомлинский считал, что «незыблемая основа нравственного убеждения закладывается в детстве и раннем отрочестве, когда добро и зло, честь и бесчестье, справедливость и несправедливость доступны пониманию ребенка лишь при условии яркой наглядности, очевидности морального смысла того, что он видит, делает, наблюдает». К сожалению, двойные нормы морали сегодняшнего дня этому не способствуют, а вернее сказать разрушают то, что было достигнуто тяжелым трудом педагогов и родителей в раннем детстве. Исполнение высокодуховных истин: умение быть добрым, милосердным, нравственно уравновешенным, культурным, умение прощать — это и есть духовность. Духовность проявляется в стремлении человека строить свои отношения с окружающим миром на основе добра, истины, красоты, строить свою жизнь на основе гармонии с окружающим миром. Одним из сильнейших источников духовности является совесть, а проявлением духовности — любовь. Нравственность — это компонент культуры, содержанием которого выступают этические ценности, составляющие основу сознания. Нравственность — это способность человека действовать, думать и чувствовать в соответствии со своим духовным началом, это способы и приемы передачи вовне своего внутреннего духовного мира. Но в годы «гонки» за материальными ценностями, в условиях рыночных отношений все больше и больше мотивируются человеческие пороки, нежели его добродетели. Таким образом, духовно — нравственное воспитание — это создание условий для воспитания человека, который старается жить в согласии со своей совестью. Духовность и нравственность — понятия, существующие в неразрывном единстве. При их отсутствии начинается распад личности и культуры. « …Человек без нравственных устоев оказывается существом самым нечестивым и диким, низменным в своих половых и вкусовых инстинктах», — говорил Аристотель. Гегель сформулирует эту мысль так: «Когда человек совершает тот или иной нравственный поступок, то он этим еще не добродетель; он добродетель лишь в том случае, если этот способ поведения является постоянной чертой его характера». А это происходит в том случае, если человек идет по пути духовно- нравственного развития и у него есть Учитель, ведущий его по этому пути. Есть два «входа» во внутренний мир человека: путем формирования знаний о мире и человечестве и путем изменения поведения или точки зрения человека на тот или иной поступок. Из этого следует, что суть духовно- нравственно воспитанной личности состоит не только в усвоении ею знаний, идей, опыта общественного поведения, но и в совокупности выработанных личностью отношений ( поведения) к окружающей действительности. При организации процесса нравственного воспитания следует отдать предпочтение объективным отношениям, в которые человек включается в различных видах деятельности и общения. Эти отношения составляют истинный объект педагогической деятельности, немаловажный фактор имеет личный пример, отсутствие двойных стандартов (норм). Корнем слова «образование» является « образ». С точки зрения нашей традиции — это образ Божий в человеке. Подлинное воспитание как раз и должно способствовать раскрытию этого образа в жизни человека. Не стоит смотреть на религию как на прошлое человечества, опорой христианского воспитания являются: Физическое воспитание — одно из составляющих гармоничного сочетания духовного и физического развития личности. ![]() Воспитание характера как «духовной крепости» связано с воспитанием умения отдавать себе отчёт и оценивать различные проявления воли и чувств, способности разумно и трезво пользоваться даром свободы. Социальное воспитание личности связано с развитием чувства ответственности за себя, других людей, мир в целом. С первым социальным опытом связано умение подчинять свои интересы интересам других людей. Вот почему так важно приучать детей к осознанной дисциплине. Дисциплина – важный инструмент в воспитании послушания – не только в значении « послушности», но в истинно духовном понимании. 4. Интеллектуальное воспитание направлено на развитие инициативы ума, творческих сил, раскрытие всесторонних сторон разума как Дара Божьего. 5. Трудовое воспитание — опора православного воспитания в целом. Важнейшие понятия христианской жизни могут быть уяснены через труд, терпение, послушание, взаимопомощь, ответственность за порученное дело. 6. Эстетическое воспитание в итоге ведёт человека к красоте, развивает способность воспринимать образ мира и человека как Божьего творения. Самая возвышенная красота – красота милосердной души. Семья на Руси всегда укрепляла и растила поколения русского народа. Ею принято было гордиться и на нее надеяться. Одно из самых ранних семейных наставлений, сохранившихся в русской истории, «Поучение» Владимира Мономаха. Владимир Мономах дает своим сыновьям прекрасные нравственные советы: Скачать 49,87 Kb. Поделитесь с Вашими друзьями: |
Нравственное измерение человеческого бытия | |||||
Лекции и практикум по психологии — Конференции и доклады по психологии | |||||
Страница 1 из 3 Веселова Е. Нравственная природа человекаПсихология человеческого бытия, так активно развивающаяся сегодня (Брушлинский А.В., 2003; Знаков В.В., 2010; 2013) основывается на традиционном для отечественной психологии субъектном подходе. При таком подходе субъектность человека охватывает не только деятельность, жизнедеятельность или даже жизнь, а гораздо более широкую сферу – существование человека в целом. Человек здесь выступает как субъект собственного бытия на всем протяжении своей жизни и во временной перспективе сам решает вопросы ответственности за существование его личности как сущности и после смерти. Это означает, по большому философскому счету, что человек несет ответственность не только за социо-биологическое, горизонтальное развитие своих индивидных, социально-личностных, индивидуально-творческих качеств, но и за «вертикальное», духовно-нравственное развитие, предполагающее наличие трансцедентного, духовного измерения бытия (Братусь Б. Нравственная природа человека всегда являлась таинственной загадкой для мыслителей и философов. В ней усматривалось присутствие высшего божественного начала, указаниям которого человек считал себя обязанным следовать безусловно. На этапе пересмотра метафизического подхода к психическим явлениям в XIX‒ХХ вв. появился иной взгляд и на нравственность. В соответствии с этим взглядом, нравственные явления служат целям приспособления к жизни так же, как и приспособительное поведение животных. В результате методологической ориентации на эволюционную концепцию в исследованиях высших психических функций человека возникли соответствующие теории нравственности. Предыдущая — Следующая >> |
Симпатия: основа моральной мотивации | Вэй Сян
Основа нравственного поведения, основанная на присущих нам эмоциях.
![](/800/600/http/images.myshared.ru/4/286817/slide_13.jpg)
Когда я изучаю моральную философию, вопрос «Почему мы поступаем и ведем себя нравственно?» не давал покоя мне с тех пор, как я взял в руки свою первую книгу по этике.
На Западе нас познакомили с различными нормативными теориями о том, что мы должны и чего не должны делать. Одна доминирующая традиция мысли утверждает, что мораль и моральная мотивация мотивированы разумом, нашими рациональными способностями. Этот лагерь часто называют рационализм .
Конечно, этические кодексы могут быть получены из систем причин. Знаменитый категорический императив Канта о том, что мы должны относиться к человечеству как к цели, вытекает из разумного аргумента.
Но этические кодексы и моральные мотивы — это разные вещи. Нормативная этика предоставляет нам «этический компас», чтобы ориентироваться в суровых условиях морали. Его цель состоит в том, чтобы упростить для нас трудные моральные решения, хотя часто он делает обратное. Он говорит нам, что мы должны или не должны делать.
Он также предоставляет нам «инструментарий оценки» для оценки действий. Это должно помочь нам решить, является ли действие морально предосудительным или похвальным.
В технических терминах мы называем «этическим компасом» деонтический вердикт , а «инструментарий оценки» оценочным свойством (этической теории).
Моральная мотивация относится к внутренней причине, по которой мы ведем себя нравственно. Часто наша мотивация действовать определенным образом не имеет ничего общего с нормативностью или моралью. Возьмите простой акт пожертвования денег кому-то на улице.
На вопрос, почему кто-то жертвует свои сбережения случайному незнакомцу, немногие на самом деле ссылаются на этические теории. Ни один здравомыслящий человек не стал бы пространно оправдывать свою деятельность, используя принципы утилитаризма или кантовский категорический императив.
Самый распространенный и разумный ответ, скорее всего, будет: «Я просто хотел помочь» или «Мне было жаль этого человека».
Таким образом, есть различие. Моральная мотивация отслеживает «общую и разумную реакцию», в то время как нормативные теории часто представляют собой постфактум оценку действий. Очень редко эти нормативные теории дают нам фундаментальные основания для того, чтобы действовать нравственно.
Что лежит в основе моральной мотивации? Или, скорее, что побуждает нас поступать нравственно?
Помимо нормативных и метаэтических теорий, этим вопросом должны заниматься и моральные философы. Потому что каким бы элегантным или систематическим ни было наше объяснение морали, оно никогда не будет полным, если не будет состоять из надлежащей теории моральной мотивации. Другими словами, неважно, может ли этическая теория правильно судить о поведении или действиях, если она не может объяснить, почему люди ведут себя именно так.
Есть несколько школ мысли, которые объясняют это. Здесь мы рассмотрим одну традицию конкретно. Это охватило время и культуру; можно сказать, безграничный и вневременной: нонкогнитивизм.
Моральный нонкогнитивизм, вкратце, представляет собой идею о том, что моральные мотивы (и суждения) не являются единственным продуктом рационального разума. Это означает, что моральное поведение и анализ — это нечто большее, чем абстракция, идеализация и мышление. Важно отметить, что здесь задействована человеческая психология — эмоции и интуиция.
Одним из основателей этой школы мысли является шотландский философ Дэвид Юм, чьи знаменитые строки гласят:
«Разум есть и должен быть только рабом страстей».
В отличие от рационалистов, Юм считает, что нравственность возникает из наших страстей. Страсти, грубо говоря, относятся к нашим эмоциям и желаниям. Главное, они иррациональны.
Тогда можно было бы спросить, как можно было бы вести себя нравственно, если бы все представления о нравственности исходили из его страстей? В самом деле, если бы нравственное поведение регулировалось только нашими страстями, стали бы мы прибегать к нашим порокам для удовлетворения наших непосредственных желаний?
Разве вор не стал бы красть, чтобы удовлетворить свое желание разбогатеть? Разве нельзя закрывать глаза на благотворительность из-за эгоизма?
Конечно, такое мнение пессимистично. Но не легкомысленно спрашивать, как нравственность развивается из одних только эмоций.
Ответ Юма на это — симпатия. Конечно, у людей есть низменные желания, которые, если их не контролировать институционально, приведут к хаосу. Но люди также обладают хорошими желаниями. Желание покоя и удовольствий, например, хорошо. И поскольку мы наделены необходимыми биологическими импульсами для формирования социальных групп, мы способны распространять эти благие желания на других.
Юм называет это симпатией. Поскольку мы желаем себе добра и желаем разделить эти желания с другими, нравственное поведение может развиваться естественным образом с течением времени.
Нонкогнитивизм Юма интересен тем, что подобная теория была предложена и аргументирована более чем за 1800 лет до него. Мало того, эта теория была разработана в совершенно другой культуре.
Мэнцзы (или Мэн-цзы) был китайским философом, известным своей моральной психологией. В свое время Менгзи уже было любопытно, откуда берет начало моральное поведение. Но в отличие от западной, китайская философия не видела строгой дихотомии между причинами и страстями. Было принято рассматривать их как объединенную способность, обусловленную сердцем-разумом (心 9).0009 xin ).
Китайская философия малопонятна для многих из нас, но моральная психология Мэнцзы на удивление доступна, несмотря на то, что она устарела.
Менгзи утверждает, что все люди обладают четырьмя основными эмоциями, которые он называет «четырьмя ростками 四端». Это чувство симпатии/сострадания 恻隐, стыда/отвращения 羞恶, благоговения/уважения 辞让 и правильного и неправильного 是非. Я остановлюсь только на первом: сочувствие или сострадание .
Интересно посмотреть, как Мэнцзы считает сочувствие моральной основой, пожалуй, самой важной добродетели конфуцианства — доброжелательности. Чтобы оправдать это, он предлагает нам подумать о сценарии: ребенок падает в колодец.
… предположим, кто-нибудь вдруг увидит ребенка, который вот-вот упадет в колодец: у любого в такой ситуации возникнет чувство тревоги и сострадания — и не потому, что он хочет ладить с родителями ребенка, не потому, что он хочет славы среди соседей и друзей, а не потому, что не нравится звук детского плача.
— Mencius, 2A:6
Трудно отрицать, что нам или людям вокруг нас не хватает этого врожденного эмоционального импульса, чтобы помочь тем, кто в опасности. Теперь Мэнцзы не думает, что наши врожденные симпатии достаточно , чтобы побудить нас действовать нравственно, но они необходимы .
Следовательно, моральная теория Мэнцзы утверждает, что мы должны развивать моральное поведение на основе этих четырех эмоций.
Теории Менгзи и Юма о моральной мотивации интересны тем, что они, по-видимому, выдержали испытание временем. Многое из того, что каждый из них предложил, было подхвачено современной психологией. Короче говоря, их теории по-прежнему актуальны.
В книге современного морального психолога Джонатана Хайдта The Righteous Mind , он, как и Менгзи, утверждает, что моральные мотивы сопровождаются различными «характерными эмоциями». Он классифицирует их по пяти широким категориям: сострадание, гнев, гордость, уважение и отвращение (сравните их с «четырьмя ростками» Менгзи). Это означает, что нормативные теории, касающиеся моральных вопросов вреда и заботы, часто связаны с чувствами сострадания и сочувствия.
Почему мы инстинктивно заботимся о других? И почему мы считаем, что причинять вред другим аморально? Потому что мы испытываем определенное сочувствие к тем, о ком мы заботимся, и к жертвам, которым причинили вред.
Между тремя моральными философами есть много поразительного сходства. Несмотря на то, что они разделены временем и культурой, они, по сути, выступали за схожие вещи. Я думаю, что наиболее примечательным из всего этого является то, что мораль не может существовать без аспектов психологии.
Однако все трое мыслителей считали, что мораль — это нечто большее, чем просто сочувствие. Действительно, Юм, Менгзи и Хайдт — все плюралисты. Это означает, что они верят, что существует более одной моральной эмоции, обеспечивающей основу нашей моральной мотивации.
Я решил обсудить симпатию (сострадание), потому что она присутствует во всех трех философиях. Это не значит, что другие моральные эмоции важны.
Кроме того, они не против институционализированной морали (Юм называет это «искусственной добродетелью»). Даже если они думают, что мораль не познавательна, что мораль может быть приобретена естественным путем, это не означает, что моральное поведение, приобретенное через дисциплину и культуру, хуже.
Я думаю, что самое мощное послание, которое дают нам все три мыслителя, таково: забудьте о морали, просто будьте более сочувствующими.
Моральную психологию Мэнцзы я более подробно обсуждал в предыдущей статье. Найдите его здесь:
В чем заключается доброта человечества?
Почему Менгзи считает, что человеческая природа хороша.
theapeiron.co.uk
Моральная мотивация — Философская энциклопедия Routledge
Доступ к полному содержанию доступен только для членов учреждений, купивших доступ. Если вы принадлежите к такому учреждению, войдите в систему или узнайте больше о том, как сделать заказ.
Поделиться
Загрузка контента
Нам не удалось загрузить контент
Печать
Содержание
- Резюме статьи
содержание заблокировано
1
Интернализм и экстернализм
содержимое заблокировано
2
Последствия
контент заблокирован
3
Разум и желание
содержание заблокировано
4
Объяснение и обоснование
содержание заблокировано
5
Эгоизм и корысть
контент заблокирован
6
Альтруизм и симпатия
содержание заблокировано
7
Мотивы, зависящие от принципа
содержимое заблокировано
Библиография
Тематический
- К
- Уоллес, Р.
Джей
DOI
10.4324/9780415249126-L055-1
DOI: 10.4324/9780415249126-L055-1
Версия: V1, опубликован в Интернете: 1998
. com/статьи/тематические/морально-мотивация/v-1
Вопросы о возможности и природе нравственной мотивации занимают центральное место в истории этики. Однако философы расходятся во мнениях относительно той роли, которую исследования мотивации должны играть в более широком предмете этической теории. Эти разногласия проявляются в споре о том, обязательно ли моральная мысль мотивирует: «интерналисты» утверждают, что это так, «экстерналисты» это отрицают.
Разногласия между экстерналистами и интерналистами отражают принципиальное различие в том, как понимается предмет этики: экстернализм исходит из точки зрения, что этика в первую очередь касается истинности теорий, истолковываемых как наборы предложений, в то время как интерналисты рассматривают мораль как набор принципов, призванных направлять практические обсуждения отдельных агентов. Интерналисты интерпретируют вопросы объективности в этике как вопросы практического разума, об авторитете моральных принципов, регулирующих нашу деятельность. Здесь разногласия сосредоточились на том, должен ли авторитет практических принципов для данного агента основываться на предшествующих желаниях этого агента, или вместо этого практический разум может породить новые мотивы.
Есть также важные вопросы о содержании моральных мотивов. Нравственная теория должна помочь нам понять тот факт, что людей часто побуждают поступать правильно, определяя основной мотив нравственного поведения, который является одновременно широко распространенным и понятным, в качестве серьезного источника причин. Философы объясняют моральную мотивацию с точки зрения личного интереса, симпатии и стремления более высокого порядка действовать в соответствии с моральными принципами. Но каждый из этих подходов сталкивается с трудными проблемами. Могут ли эгоистические объяснения отразить отличительный характер моральной мотивации? Может ли беспристрастное сочувствие быть интегрировано в реалистическую систему человеческих целей? Можем ли мы понять отзывчивость на моральный принцип как естественный человеческий стимул?
Поделиться
Загрузка содержимого
Нам не удалось загрузить контент
Печать
Ссылка на эту статью:
Уоллес, Р.