Негосударственное общеобразовательное учреждение Средняя общеобразовательная школа

Известные софизмы: Софизмы. Понятие, примеры. Логические парадоксы. Понятие, примеры -Логика

Содержание

Софизмы. Понятие, примеры. Логические парадоксы. Понятие, примеры -Логика

Софизмы. Понятие, примеры. Логические парадоксы. Понятие, примеры. — Текст : электронный // Myfilology.ru – информационный филологический ресурс : [сайт]. – URL: https://myfilology.ru//169/sofizmy-ponyatie-primery-logicheskie-paradoksy-ponyatie-primery/ (дата обращения: 29.07.2021)

Софизмы. Понятие, примеры

Раскрывая данный вопрос, необходимо сказать, что любой софизм является ошибкой. В логике выделяют также паралогизмы. Отличие этих двух видов ошибок состоит в том, что первая (софизм) допущена умышленно, вторая же (паралогизм) – случайно. Паралогизмами изобилует речь многих людей. Умозаключения, даже, казалось бы, правильно построенные, в конце искажаются, образуя следствие, не соответствующее действительности. Паралогизмы, несмотря на то что допускаются неумышленно, все же часто используются в своих целях. Можно назвать это подгонкой под результат. Не осознавая, что делает ошибку, человек в таком случае выводит следствие, которое соответствует его мнению, и отбрасывает все остальные версии, не рассматривая их. Принятое следствие считается истинным и никак не проверяется. Последующие аргументы также искажаются для того, чтобы больше соответствовать выдвинутому тезису. При этом, как уже было сказано выше, сам человек не сознает, что делает логическую ошибку, считает себя правым (более того, сильнее подкованным в логике).

В отличие от логической ошибки, возникающей непроизвольно и являющейся следствием невысокой логической культуры, софизм является преднамеренным нарушением логических правил. Обычно он тщательно маскируется под истинное суждение.

Допущенные умышленно, софизмы преследуют цель победить в споре любой ценой. Софизм призван сбить оппонента с его линии размышлений, запутать, втянуть в разбор ошибки, которые не относятся к рассматриваемому предмету. С этой точки зрения софизм выступает как неэтичный способ (и при этом заведомо неправильный) ведения дискуссии.

Существует множество софизмов, созданных еще в древности и сохранившихся до сегодняшнего дня. Заключение большей части из них носит курьезный характер. Например, софизм «вор» выглядит так: «Вор не желает приобрести ничего дурного; приобретение хорошего есть дело хорошее; следовательно, вор желает хорошего». Странно звучит и следующее утверждение: «Лекарство, принимаемое больным, есть добро; чем больше делать добра, тем лучше; значит, лекарство нужно принимать в больших дозах». Существуют и другие известные софизмы, например: «Сидящий встал; кто встал, тот стоит; следовательно, сидящий стоит», «Сократ – человек; человек – не то же самое, что Сократ; значит, Сократ – это нечто иное, чем Сократ», «Эти кутята твои, пес, отец их, тоже твой, и мать их, собака, тоже твоя. Значит, эти кутята твои братья и сестры, пес и сука – твои отец и мать, а сам ты собака».

Такие софизмы нередко использовались для того, чтобы ввести оппонента в заблуждение. Без такого оружия в руках, как логика, соперникам софистов в споре было нечего противопоставить, хотя зачастую они и понимали ложность софистических умозаключений. Споры в Древнем мире зачастую заканчивались драками.

При всем отрицательном значении софизмов они имели обратную и гораздо более интересную сторону. Так, именно софизмы стали причиной возникновения первых зачатков логики. Очень часто они ставят в неявной форме проблему доказательства. Именно с софизмов началось осмысление и изучение доказательства и опровержения. Поэтому можно говорить о положительном действии софизмов, т. е. о том, что они непосредственно содействовали возникновению особой науки о правильном, доказательном мышлении.

Известен также целый ряд математических софизмов. Для их получения числовые значения тасуются таким образом, чтобы из двух разных чисел получить одно. Например, утверждение, что 2 х 2 = 5, доказывается следующим образом: по очереди 4 делится на 4, а 5 на 5. Получается результат (1:1) = (1:1). Следовательно, четыре равно пяти. Таким образом, 2 х 2 = 5. Такая ошибка разрешается достаточно легко – нужно лишь произвести вычитание одного из другого, что выявит неравенство двух этих числовых значений. Также опровержение возможно записью через дробь.

Как раньше, так и теперь софизмы используются для обмана. Приведенные выше примеры достаточно просты, легко заметить их ложность и не обладая высокой логической культурой. Однако существуют софизмы завуалированные, замаскированные так, что отличить их от истинных суждений бывает очень проблематично. Это делает их удобным средством обмана в руках подкованных в логическом плане мошенников.

Вот еще несколько примеров софизмов: «Для того чтобы видеть, нет необходимости иметь глаза, так как без правого глаза мы видим, без левого тоже видим; кроме правого и левого, других глаз у нас нет, поэтому ясно, что глаза не являются необходимыми для зрения» и «Что ты не терял, то имеешь; рога ты не терял, значит, у тебя рога». Последний софизм является одним из самых известных и часто приводится в качестве примера.

Можно сказать, что софизмы вызываются недостаточной самокритичностью ума, когда человек хочет понять пока недоступное, не поддающееся на данном уровне развития знание.

Бывает и так, что софизм возникает как защитная реакция при превосходящем противнике, в силу неосведомленности, невежества, когда спорящий не проявляет упорство, не желая сдавать позиций. Можно говорить о том, что софизм мешает ведению спора, однако такую помеху не стоит относить к значительным. При должном умении софизм легко опровергается, хотя при этом и происходит отход от темы рассуждения: приходится говорить о правилах и принципах логики.

Парадокс. Понятие, примеры

Переходя к вопросу о парадоксах, нельзя не сказать о соотношении их с софизмами. Дело в том, что четкой грани, по которой можно понять, с чем приходится иметь дело, иногда нет.

Впрочем, парадоксы рассматриваются со значительно более серьезным подходом, в то время как софизмы играют зачастую роль шутки, не более. Это связано с природой теории и науки: если она содержит парадоксы, значит, имеет место несовершенство основополагающих идей.

Сказанное может означать, что современный подход к софизмам не охватывает всего объема проблемы. Многие парадоксы толкуются как софизмы, хотя не теряют своих первоначальных свойств.

Парадоксом можно назвать рассуждение, которое доказывает не только истинность, но и ложность некоторого суждения, т. е. доказывающее как само суждение, так и его отрицание. Другими словами, парадокс – это два противоположных, несовместимых утверждения, для каждого из которых имеются кажущиеся убедительными аргументы.

Один из первых и, безусловно, образцовых парадоксов был записан Эвбулидом – греческим поэтом и философом, критянином. Парадокс носит название «Лжец». До нас этот парадокс дошел в таком виде: «Эпименид утверждает, что все критяне – лжецы. Если он говорит правду, то он лжет. Лжет ли он или же говорит правду?». Этот парадокс именуется «королем логических парадоксов». Разрешить его до настоящего времени не удалось никому. Суть этого парадокса состоит в том, что когда человек говорит: «Я лгу», он не лжет и не говорит правду, а, точнее, делает одновременно и то и это. Другими словами, если предположить, что человек говорит правду, выходит, что он на самом деле лжет, а если он лжет, значит, раньше он сказал правду об этом. Здесь утверждаются оба противоречащих факта. Само собой, по закону исключенного третьего это невозможно, однако именно поэтому данный парадокс и получил столь высокий «титул».

В развитие теории пространства и времени большой вклад внесли жители города Элея, элеаты. Они опирались на идею о невозможности небытия, которая принадлежит Пармениду. Всякая мысль согласно этой идее есть мысль о существующем. При этом отрицалось любое движение: мировое пространство считалось целостным, мир единым, без частей.

Древнегреческий философ Зенон Элейский известен тем, что составил серию парадоксов о бесконечности – так называемые апории Зенона.

Зенон, ученик Парменида, развивал эти идеи, за что был назван Аристотелем «родоначальником диалектики». Под диалектикой понималось искусство достигать истины в споре, выявляя противоречия в суждении противника и уничтожая их.

Далее представлены непосредственно апории Зенона.

«Ахиллес и черепаха» представляет собой апорию о движении. Как известно, Ахиллес – это древнегреческий герой. Он обладал недюжинными способностями в спорте. Черепаха очень медлительное животное. Однако в апории Ахиллес проигрывает черепахе состязание в беге. Допустим, Ахиллесу нужно пробежать расстояние, равное 1, а бежит он в два раза быстрее черепахи, последней нужно пробежать 1/2. Движение их начинается одновременно. Получается, что, пробежав расстояние 1/2, Ахиллес обнаружит, что черепаха успела за то же время преодолеть отрезок 1/4. Сколько бы ни пытался Ахиллес обогнать черепаху, она будет находиться впереди ровно на 1/2. Поэтому Ахиллесу не суждено догнать черепаху, это движение вечно, его нельзя завершить.

Невозможность завершить эту последовательность заключается в том, что в ней отсутствует последний элемент. Всякий раз, указав очередной член последовательности, мы можем продолжить указанием следующего.

Парадоксальность здесь заключается в том, что бесконечная последовательность следующих друг за другом событий на самом деле все-таки должна завершиться, хотя бы мы и не могли себе представить этого завершения.

Другая апория носит название «дихотомия». Рассуждение построено на тех же принципах, что и предыдущее. Для того чтобы пройти весь путь, необходимо пройти половину пути. В этом случае половина пути становится путем, и чтобы его пройти, необходимо отмерить половину (т. е. уже половину половины). Так продолжается до бесконечности.

Здесь порядок следования по сравнению с предыдущей апорией перевернут, т. е. (1/2)n…, (1/2)3, (1/2)2, (1/2)1. Ряд тут не имеет первой точки, тогда как апория «Ахиллес и черепаха» не имела последней.

Из этой апории делается вывод, что движение не может начаться. Исходя из рассмотренных апорий движение не может закончиться и не может начаться. Значит, его нет.

Опровержение апории «Ахиллес и черепаха».

Как и в апории, в опровержении ее фигурирует Ахиллес, но не одна, а две черепахи. Одна из них находится ближе другой. Движение также начинается одновременно. Ахиллес бежит последним. За то время, как Ахилл пробежит разделяющее их вначале расстояние, ближняя черепаха успеет уползти несколько вперед, что будет продолжаться до бесконечности. Ахиллес будет все ближе и ближе к черепахе, но никогда не сможет ее догнать. Несмотря на явную ложность, логического опровержения такому утверждению нет. Однако если Ахиллес станет догонять дальнюю черепаху, не обращая внимания на ближнюю, он, согласно этой же апории, сумеет вплотную приблизиться к ней. А раз так, то он обгонит ближнюю черепаху.

Это приводит к логическому противоречию.

Для опровержения опровержения, т. е. защиты апории, что само по себе странно, предлагают откинуть груз образных представлений. И выявить формальную суть дела. Здесь следует сказать, что сама апория основывается на образных представлениях и откинуть их – значит опровергнуть и ее. А опровержение достаточно формально. То, что вместо одной в опровержении взято две черепахи, не делает его более образным, нежели апорию. Вообще же сложно говорить о понятиях, не основанных на образных представлениях. Даже такие высшей абстракции философские понятия, как бытие, сознание и другие, понимаются только благодаря образам, соответствующим им. Без образа, стоящего за словом, последнее оставалось бы лишь набором символов и звуков.

Стадий подразумевает существование неделимых отрезков в пространстве и движение в нем объектов. Эта апория основана на предыдущих. Берется один недвижимый ряд объектов и два двигающихся по направлению друг к другу. При этом каждый двигающийся ряд по отношению к недвижимому проходит за единицу времени лишь один отрезок. Однако по отношению к движущемуся – два. Что признается противоречивым. Также говорится, что в промежуточном положении (когда один ряд уже как бы сдвинулся, другой нет) нет места для неподвижного ряда. Промежуточное положение происходит из того, что отрезки неделимы и движение, хотя бы и начатое одновременно, должно пройти промежуточный этап, когда первое значение одного движущегося ряда совпадает со вторым значением второго (движение при условии неделимости отрезков лишено плавности). Состояние же покоя – когда вторые значения всех рядов совпадают. Неподвижный ряд, если предположить одновременность движения рядов, должен в промежуточном положении находиться между движущимися рядами, а это невозможно, так как отрезки неделимы.

02.09.2016, 26995 просмотров.

Софизм — Гуманитарный портал





Софизм — это логически неправильное (несостоятельное) рассуждение (см. Рассуждение), умозаключение (см. Умозаключение) или убеждающее высказывание (см. Аргументация), умышленно выдаваемое за правильное. Иногда софизм может обосновывать какую-либо заведомую нелепость (абсурд) или утверждение, противоречащее общепринятым представлениям (парадокс). В отличие от парадоксов, в софизмах не проявляются действительные логические трудности — это результат заведомо некорректного применения семантических и логических правил и операций. Софизмы используют многозначность слов естественного языка (см. Язык), полисемию, омонимию, синонимию и другие; нередко они основываются на таких логических ошибках (см. Логические ошибки), как подмена понятий, тезиса доказательства, несоблюдение правил логического вывода, принятие ложных посылок за истинные и других. В обыденном мышлении софизм понимается как сознательное применение в споре, утверждениях или доказательствах неправильных доводов, то есть разного рода интеллектуальных уловок и словесных ухищрений, замаскированных внешней, формальной правильностью. Употребление софизмов с целью введения в заблуждение является некорректным приёмом аргументации и вполне обоснованно подвергается критике. В то же время софизмы могут рассматриваться в некоторых ситуациях как неизбежная на определённом этапе развития мышления неявная форма постановки проблем (так, многие известные софизмы на деле оказались логическими парадоксами).

Вот пример софизма, основанного на разъединении смысла целого: 5 = 2 + 3, но 2 чётно, а 3 нечётно, следовательно 5 одновременно чётно и нечётно». А вот софизм, построенный с нарушением закона тождества и семиотической роли кавычек: «Если Сократ и человек не одно и то же, то Сократ не то же, что Сократ, поскольку Сократ — человек». Оба эти софизма приводит Аристотель. Он называл софизмами «мнимые доказательства», в которых обоснованность заключения лишь кажущаяся и обязана чисто субъективному впечатлению, вызванному недостаточностью логического или семантического анализа.

Внешняя убедительность многих софизмов, их «логичность» обычно связана с хорошо замаскированной ошибкой — семиотической (за счёт метафоричности речи, амонимии или полисемии слов, амфиболий и так далее), нарушающей однозначность мысли и приводящей к смешению значений терминов, или же логической (за счёт игнорирования или подмены тезиса в случае доказательств или опровержений, ошибок в выведении следствий, использования «неразрешённых» или даже «запрещённых» правил или действий, к примеру, деления на нуль в математических софизмах).

Понятие «софизм» традиционно связывается с учением представителей сложившейся в Афинах во второй половине V века до новой эры школы софистов — философов-просветителей и первых профессиональных учителей по общему образованию. Время их активной деятельности часто называют веком греческого Просвещения. К старшим софистам (вторая половина V века до новой эры) причисляют Протагора, Горгия, Гиппия, Продика, Антифонта, Крития. К следующему поколению софистов относят Ликофрона, Алкидаманта, Трасимаха и ряд других. Первоначально слово σοφιστής было синонимично слову σοφός («мудрый») и обозначало человека, авторитетного в различных вопросах частной и общественной жизни. Общей чертой учений софистов был релятивизм, нашедший классическое выражение в широко известном положении Протагора «человек — мера всех вещей», и следовательно, не существует объективной истины, а все знания относительны. Этому способствовал сам характер деятельности софистов: они должны были научить обратившегося к ним ученика убедительно защищать любую точку зрения, какая только могла понадобиться ему в делах. Основой такого обучения было представление об отсутствии абсолютной истины и объективных ценностей. Так, другой известный софист, Горгий, доказывал, что ничто не существует, а если существует, то непознаваемо, а если и познаваемо, то неизъяснимо; а раз так, то и опровергать, и доказывать можно всё, что угодно.

Из сочинений софистов практически ничего не сохранилось и об их взглядах можно судить, главным образом, по той полемике, которую вели с ними Платон и Аристотель и находившиеся под их влиянием позднейшие авторы. Изучение непрямых сведений усложняется тем, что софисты не стремились создать определённую цельную систему знаний. В своей дидактической деятельности они не придавали большого значения систематическому овладению учащимися знаниями. Их целью было научить учеников использовать приобретённые знания в дискуссиях, так как условиях античной демократии из всех форм красноречия на первый план выдвинулась полемика, которая пришла на смену полемосу — реальной войне. Поэтому значительный акцент производился на риторику. В процессе развития этой формы риторической практики из софистики выделились диалектика, обучающая честным методам ведения спора, и эристика — искусство побеждать в споре любой ценой. Протагор, согласно традиции, положил начало словесным состязаниям, в которых многие софисты прибегали к логическим парадоксам и уловкам. Горгий и другие софисты развили начатое в Сицилии Кораком и Тисием преподавание ораторского искусства и перенесли его, в частности, в Афины. Тем самым софисты сделали важный шаг на пути к созданию науки о языке.

Вначале софисты учили правильным приёмам доказательства и опровержения, открыли некоторые правила логического мышления и сделали первые попытки систематизировать приёмы умозаключений, но вскоре отошли от логических принципов и основное внимание сосредоточили на разработке логических уловок, основанных на внешнем сходстве явлений, на том, что событие извлекается из общей связи событий, на многозначности слов, на подмене понятий и других риторических ухищрениях. Именно на этой философской основе сформировалась своего рода «логика кажимости», то есть методология логико-риторической практики, основанная на сознательном нарушении принципов логики и гносеологии. Её стали называть софистикой, а приёмы, которые она пропагандировала, — софизмами. Впоследствии софистикой также стали называть и речь, состоящую из софизмов (см. Софистика).

С середины V века до новой эры софистами называли появившихся тогда в большом количестве платных преподавателей ораторского искусства и всевозможных знаний, считавшихся необходимыми для активного участия в гражданской жизни, которые и сами нередко активно участвовали в политической жизни. Историческая заслуга софистов состояла в том, что они одними из первых стали разрабатывать логические, лингвистические и психологические приёмы убеждения и противостояния убеждающему воздействию. От владения совокупностью этих приёмов в условиях афинской демократии зависели честь и имущество, а иногда и сама жизнь обучающегося. Именно поэтому софисты обучали за деньги. Возможность наживы привлекла в неё большое число непрофессионалов, с которыми впоследствии стали отождествлять всех софистов. Так возникло представление о софисте как алчном и циничном невежде, который «говорит, будто всё знает и будто мог бы за недорогую плату в короткий срок и другого этому обучить» (Платон. Софист, 234 а).

Таким образом, исторически с понятием «софизм» неизменно связывают мысль о намеренной интеллектуальной фальсификации, руководствуясь признанием Протагора, что главная задача софиста — «представить наихудший аргумент как наилучший» путём хитроумных уловок в речи, заботясь не об истине, а о практической выгоде, об успехе в частном споре, публичной полемике или в судебной тяжбе. С этой же задачей обычно связывают и его известный «критерий основания»: мнение человека есть мера истины. Уже Платон, который называл софистику «постыдной риторикой», заметил на это, что основание не должно заключаться в субъективной воле человека, иначе придётся признать законность противоречий, и поэтому любые суждения считать обоснованными. Эта мысль Платона нашла отражение известном логическом «принципе непротиворечия» Аристотеля (который впервые дал логический анализ софизмов и их классификацию в сочинении «О софистических опровержениях») и, уже в современной логике (см. Логика), — в требовании доказательства абсолютной непротиворечивости теорий (см. Теория).

Но вполне уместное в области «истин разума» это требование не всегда оправдано в области «фактических истин», где критерий основания Протагора, понятый, однако, более широко, как относительность истины к условиям и средствам её познания, оказывается весьма существенным. Поэтому многие рассуждения, приводящие к парадоксам, но в остальном безупречные, не являются софизмами. По существу они только демонстрируют интервальный характер связанных с ними гносеологических ситуаций. Таковы, в частности, известные апории (см. Апория) Зенона Элейского, в частности так называемый софизм «куча»: «Одно зерно — не куча. Если n зёрен не куча, то n + 1 — тоже не куча. Следовательно, любое число зёрен — не куча». Это не софизм, а лишь один из парадоксов транзитивности, возникающих в ситуациях неразличимости (или интервального равенства), в которых принцип математической индукции неприменим. Стремление усматривать в такого рода ситуациях «нетерпимое противоречие» (А. Пуанкаре), преодолеваемое в абстрактном понятии математической непрерывности (континуума), не решает вопроса в общем случае. Достаточно сказать, что содержание идеи равенства (тождества) в области фактических истин существенно зависит от того, какими средствами отождествления при этом пользуются. К примеру, далеко не всегда нам удаётся абстракцию неразличимости заменить абстракцией отождествления. А только в этом случае и можно рассчитывать на «преодоление» противоречий типа парадокса транзитивности. Первыми, кто понял важность теоретического анализа софизмов были, по-видимому, сами софисты. Учение о правильной речи, о правильном употреблении имён Продик считал наиболее важным. Анализ и примеры софизмов представлены и в диалогах Платона. Но их систематический анализ, основанный уже на теории силлогистических умозаключений, принадлежит Аристотелю. Позднее математик Евклид написал «Псевдарий» — своеобразный каталог софизмов в геометрических доказательствах, но он не сохранился.




Софизмы

Софизмы


Софизмы

—-

Софисты

—-

Контакты



 




Думаю, многие хотя бы раз в жизни слышали подобные высказывания: «Все числа равны» или «два равно трём». Таких примеров может быть очень много, но что же это значит? Кто это придумал? Можно-ли как-то объяснить эти высказывания или всё это – вымысел?
На эти вопросы, и на многие другие я хочу ответить в своей работе. Существуют различные софизмы: логические, терминологические, психологические, математические и т.д.

ПОНЯТИЕ «СОФИЗМ»

Софизм – (от греческого sophisma , «мастерство, умение, хитрая выдумка, уловка») — умозаключение или рассуждение, обосновывающее какую-нибудь заведомую нелепость, абсурд или парадоксальное утверждение, противоречащее общепринятым представлениям. Софизм, в отличие от паралогизма, основан на преднамеренном, сознательном нарушении правил логики. Каким бы ни был софизм, он всегда содержит одну или несколько замаскированных ошибок.
Математический софизм – удивительное утверждение, в доказательстве которого кроются незаметные, а подчас и довольно тонкие ошибки. История математики полна неожиданных и интересных софизмов, разрешение которых порой служило толчком к новым открытиям. Математические со-физмы приучают внимательно и настороженно продвигаться вперед, тщательно следить за точностью формулировок, правильностью записи черте-жей, за законностью математических операций. Очень часто понимание ошибок в софизме ведет к пониманию математики в целом, помогает развивать логику и навыки правильного мышления. Если нашел ошибку в софизме, значит, ты ее осознал, а осознание ошибки предупреждает от ее повторения в дальнейших математических рассуждениях. Софизмы не приносят пользы, если их не понимать.

ЭКСКУРС В ИСТОРИЮ

Софистами называли группу древнегреческих философов 4-5 века до н.э., достигших большого искусства в логике. В период падения нравов древнегреческого общества( 5 век) появляются так называемые учителя красноречия, которые целью своей деятельности считали и называли приобретение и распространения мудрости, вследствие чего они именовали себя софистами. Наиболее известна деятельность старших софистов, к которым относят Протагора из Абдеры, Горгия из Леонтип, Гиппия из Элиды и Продика из Кеоса. Но суть деятельности софистов много больше, чем простое обучение искусству красноречия. Они обучали и просвещали древнегреческий народ, старались способствовать достижению нравственности, присутствия духа, способности ума ориентироваться во всяком деле. Но софисты не были учеными. Умение, которое должно было быть достигнуто с их помощью, заключалось в том, что человек учился иметь в виду многообразные точки зрения.

Аристотель называл софизмом «мнимые доказательства», в которых обос-нованность заключения кажущаяся и обязана чисто субъективному впечатлению, вызванному недостаточностью логического анализа. Убедительность на первый взгляд многих софизмов, их «логичность» обычно связана с хорошо замаскированной ошибкой — семиотической: за счёт метафоричности речи, нарушающих однозначность мысли и приводящих к смешению значений терминов, или же логической: подмена основной мысли (тезиса) доказательства, принятие ложных посылок за истинные, несоблюдение допустимых способов рассуждения (правил логического вывода), использование «неразрешённых» или даже «запрещённых» правил или действий, например деления на нуль в математических софизмах.
Исторически с понятием «софизм» неизменно связывают идею о намеренной фальсификации, руководствуясь признанием Протагора, что задача софиста (софист, от греч. sophistes — умелец, изобретатель, мудрец, лжемудрец) — представить наихудший аргумент как наилучший путём хитроумных уловок в речи, в рассуждении, заботясь не об истине, а об успехе в споре или о практической выгоде. С этой же идеей обычно связывают и «критерий основания», сформулированный Протагором: мнение человека есть мера истины. Так, софизм «куча» («Одно зерно — не куча. Если n зё-рен не куча, то n + 1 зерно — тоже не куча. Следовательно, любое число зёрен — не куча») — это лишь один из «парадоксов транзитивности», возникающих в ситуации «неразличимости».

АРИФМЕТИЧЕСКИЕ СОФИЗМЫ

Арифметика — (греч. arithmetika, от arithmys — число), наука о числах, в первую очередь о натуральных (целых положительных) числах и (рацио-нальных) дробях, и действиях над ними.
Так что же такое арифметические софизмы? Арифметические софизмы – это числовые выражения, имеющие неточность или ошибку, не заметную с первого взгляда.

1. « Если А больше В, то А всегда больше, чем 2В»

Возьмем два произвольных положительных числа А и В, такие, что А>В.

Умножив это неравенство на В, получим новое неравенство АВ>В*В, а отняв от обеих его частей А*А, получим неравенство АВ-А*А>В*В-А*А, которое равносильно следующему:

А(В-А)>(В+А)(В-А). (1)

После деления обеих частей неравенства (1) на В-А получим, что

А>В+А (2),

А прибавив к этому неравенству почленно исходное неравенство А>В, имеем 2А>2В+А, откуда

А>2В.

Итак, если А>В, то А>2В. Это означает, к примеру, что из неравенства 6>5 следует, что 6>10.


Где же ошибка???


Здесь совершен неравносильный переход от неравенства (1) к неравенству (2).
Действительно, согласно условию А>В, поэтому В-А

2. «Число, равное другому числу, одновременно и больше, и меньше его».

Возьмем два произвольных положительных равных числа А и В и напи-шем и напишем для них следующие очевидные неравенства:


А>-В и В>-В. (1)

Перемножив оба этих неравенства почленно, получим неравенство
А*В>В*В, а после его деления на В, что вполне законно, ведь В>0, придем к выводу, что

А>В. (2)


Записав же два других столь же бесспорных неравенства

В>-А и А>-А, (3)

Аналогично предыдущему получим, что В*А>А*А, а разделив на А>0, придем к неравенству

А>В. (4)

Итак, число А, равное числу В, одновременно и больше, и меньше его.


Где ошибка???


Здесь совершен неравносильный переход от одного неравенства к другому при недопустимом перемножении неравенств.
Проделаем правильные преобразования неравенств.
Запишем неравенство (1) в виде А+В>0, В+В>0.
Левые части этих неравенств положительны, следовательно, умножая почленно оба эти неравенства
(А+В)(В+В)>0, или А>-В,
что представляет собой просто верное неравенство.
Аналогично предыдущему, записывая неравенства (3) в виде
(В+А)>0, А+А>0, получим просто верное неравенство В>-А.

АЛГЕБРАИЧЕСКИЕ СОФИЗМЫ

Алгебра — один из больших разделов математики, принадлежащий наряду с арифметикой и геометрией к числу старейших ветвей этой науки. Задачи, а также методы А., отличающие её от других отраслей математики, создавались постепенно, начиная с древности. Алгебра возникла под влиянием нужд общественной практики, в результате поисков общих приёмов для решения однотипных арифметических задач. Приёмы эти заключаются обычно в составлении и решении уравнений. Т.е. алгебраические софизмы – намеренно скрытые ошибки в уравнениях и числовых выражениях.


1. «Два неодинаковых натуральных числа равны между собой»



решим систему двух уравнений:

х+2у=6, (1)

у=4- х/2 (2)



Сделаем это подстановкой у из 2го уравнения в 1, получаем х+8-х=6, отку-да 8=6


Где же ошибка???


Уравнение (2) можно записать как х+2у=8, так что исходная система за-пишется в виде:

Х+2у=6,


Х+2у=8



В этой системе уравнений коэффициенты при переменных одинаковы, а правые части не равны между собой, из этого следует, что система несо-вместна, т.е. не имеет ни одного решения. Графически это означает, что прямые у=3-х/2 и у=4-х/2 параллельны и не совпадают.
Перед тем, Как решать систему линейных уравнений, полезно проанализировать, имеет ли система единственное решение, бесконечно много решений или не имеет решений вообще.

2. «Отрицательное число больше положительного».

Возьмем два положительных числа а и с. Сравним два отношения:


а/-c и -а/c



Они равны, так как каждое из них равно –(а/с). Можно составить пропорцию:
a/-c=-a/c

Но если в пропорции предыдущий член первого отношения больше последующего, то предыдущий член второго отношения также больше своего последующего. В нашем случае а>-с, следо-вательно, должно быть –а>с, т.е. отрицательное число больше положительного.


Где ошибка???


Данное свойство пропорции может оказаться неверным, если не-которые члены пропорции отрицательны.

3. «Дважды два равно пяти».

Обозначим 4=а, 5=b, (a+b)/2=d. Имеем: a+b=2d, a=2d-b, 2d-a=b. перемножим два последних равенства по частям. Получим: 2da-a*a=2db-b*b. Умножим обе части получившегося равенства на –1 и прибавим к результатам d*d. Будем иметь: a 2-2da+d2=b2 -2bd+d2, или (a-d)(a-d)=(b-d)(b-d), откуда a-d=b-d и a=b, т.е. 2*2=5


Где ошибка???

Из равенства квадратов двух чисел не следует, что сами эти числа равны.

ГЕОМЕТРИЧЕСКИЕ СОФИЗМЫ

Геометрические софизмы – это умозаключения или рассуждения, обосновывающие какую-нибудь заведомую нелепость, абсурд или парадоксальное утверждение, связанное с геометрическими фигурами и действиями над ними.



1. « Спичка вдвое длиннее телеграфного столба»

Пусть, а дм- длина спички и b дм — длина столба. Разность между b и a обозначим через c .
Имеем b — a = c, b = a + c. Перемножаем два эти равенства по частям, нахо-дим: b2 — ab = ca + c2. Вычтем из обеих частей bc. Получим: b2- ab — bc = ca + c2 — bc, или b(b — a — c) = — c(b — a — c), откуда
b = — c, но c = b — a, поэтому b = a — b, или a = 2b.


Где ошибка???


В выражении b(b-a-c )= -c(b-a-c) производится деление на (b-a-c), а этого делать нельзя, так как b-a-c=0.Значит, спичка не может быть вдвое длиннее телеграфного столба.

ПРОЧИЕ СОФИЗМЫ

Кроме математических софизмов, существует множество других, например: логические, терминологические, психологические и т.д. Понять абсурдность таких утверждений проще, но от этого они не становятся менее интересными. Очень многие софизмы выглядят как лишенная смысла и цели игра с языком; игра, опирающаяся на многозначность языковых выражений, их неполноту, недосказанность, зависимость их значений от контекста и т.д. Эти софизмы кажутся особенно наивными и несерьезными.

«Полупустое и полуполное»


«Полупустое есть то же, что и полуполное. Если равны половины, значит, равны и целые. Следовательно, пустое есть то же, что и полное».

«Чётное и нечётное»


«5 есть 2 + 3 («два и три»). Два — число чётное, три — нечётное, выходит, что пять — число и чётное и нечётное. Пять не делится на два, также, как и 2 + 3, значит, оба числа не чётные!»

«Не знаешь то, что знаешь»


«Знаешь ли ты, о чём я хочу тебя спросить?» — «Нет». — «Знаешь ли ты, что добродетель есть добро?» — «Знаю». — «Об этом я и хотел тебя спросить. А ты, выходит, не знаешь то, что знаешь».

«Лекарства»


«Лекарство, принимаемое больным, есть добро. Чем больше делать добра, тем лучше. Значит, лекарств нужно принимать как можно больше».

«Вор»


«Вор не желает приобрести ничего дурного. Приобретение хорошего есть дело хорошее. Следовательно, вор желает хорошего».

«Отец — собака»

«Эта собака имеет детей, значит, она — отец. Но это твоя собака. Значит, она твой отец. Ты её бьёшь, значит, ты бьёшь своего отца и ты — брат щенят».

«Рогатый»


«Что ты не терял, то имеешь. Рога ты не терял. Значит, у тебя рога».

«Чем больше»


«Чем больше я пью водки, тем больше у меня трясутся руки. Чем больше у меня трясутся руки, тем больше спиртного я проливаю. Чем больше я проливаю, тем меньше я выпиваю. Значит, чтобы пить меньше, надо пить больше».

«Самое быстрое существо не способно догнать самое медленное»


Быстроногий Ахиллес никогда не настигнет медлительную черепаху. Пока Ахиллес добежит до черепахи, она продвинется немного вперед. Он быстро преодолеет и это расстояние, но черепаха уйдет еще чуточку вперед. И так до бесконечности. Всякий раз, когда Ахиллес будет достигать места, где была перед этим черепаха, она будет оказываться хотя бы немного, но впереди.

«Нет конца»


Движущийся предмет должен дойти до половины своего пути прежде, чем он достигнет его конца. Затем он должен пройти половину оставшейся половины, затем половину этой четвертой части и т.д. до бесконечности. Предмет будет постоянно приближаться к конечной точке, но так никогда ее не достигнет.

«Медимн зерна»


Большая масса мелких, просяных например, зерен при падении на землю всегда производит шум. Он складывается из шума отдельных зерен, и, значит, каждое зерно и каждая малейшая часть зерна должны, падая, произво-дить шум. Однако отдельное зерно падает на землю совершенно бесшумно. Значит, и падающий на землю медимн зерна не должен был бы производить шум, ведь он состоит из множества зерен, каждое из которых падает бесшумно. Но все-таки медимн зерна падает с шумом!

«Куча»


Одна песчинка не есть куча песка. Если n песчинок не есть куча песка, то и n+1 песчинка — тоже не куча. Следовательно, никакое число песчинок не образует кучу песка.

К этому парадоксу можно сделать следующий комментарий: метод полной математической индукции нельзя применять, как показывает парадокс, к объёмно неопределённым понятиям, каковым является понятие «куча песка».

«Может ли всемогущий маг создать камень, который не сможет поднять?»


Если не может — значит, он не всемогущий. Если может — значит, всё равно не всемогущий, т.к. он не может поднять это камень.

«Равен ли полный стакан пустому?»


Да. Проведем рассуждение. Пусть имеется стакан, наполненный водой до половины. Тогда можно сказать, что стакан, наполовину полный равен стакану, наполовину пустому. Увеличивая обе части равенства вдвое, получим, что стакан полный равен стакану пустому.

«Софизм Кратила»

Диалектик Гераклит, провозгласив тезис «все течет», пояснял, что в одну и ту же реку (образ природы) нельзя войти дважды, ибо когда входящий будет входить в следующий раз, на него будет течь уже другая вода. Его ученик Кратил, сделал из утверждения учителя другие выводы: в одну и ту же реку нельзя войти даже один раз, ибо пока ты входишь, она уже изменится.

«Софизм Эватла»


Эватл брал уроки софистики у софиста Протагора под тем условием, что гонорар он уплатит только в том случае, если выиграет первый процесс. Ученик после обучения не взял на себя ведения какого-либо процесса и потому считал себя вправе не платить гонорара. Учитель грозил подать жалобу в суд, говоря ему следующее: «Судьи или присудят тебя к уплате гонорара или не присудят. В обоих случаях ты должен будешь уплатить. В первом случае в силу приговора судьи, во втором случае в силу нашего договора». На это Эватл отвечал: «Ни в том, ни в другом случае я не заплачу. Если меня присудят к уплате, то я, проиграв первый процесс, не заплачу в силу нашего договора, если же меня не присудят к уплате гонорара, то я не заплачу в силу приговора суда».
(Ошибка становится ясной, если мы раздельно поставим два вопроса: 1) должен ли Эватл платить или нет и 2) выполнены ли условия договора или нет.)

Другие примеры софизмов, сформулированных еще в древней Греции:

«Сидящий встал; кто встал, тот стоит; следовательно, сидящий стоит».

«Сократ — человек; человек — не то же самое, что Сократ; значит, Сократ — это нечто иное, чем Сократ».

«Для того чтобы видеть, вовсе необязательно иметь глаза, ведь без правого глаза мы видим, без левого тоже видим; кроме правого и левого, других глаз у нас нет; поэтому ясно, что глаза не являются необходимыми для зрения».

«Тот, кто лжет, говорит о деле, о котором идет речь, или не говорит о нем; если он говорит о деле, он не лжет; если он не говорит о деле, он говорит о чем-то несуществующем, а о нем невозможно не только лгать, но даже мыслить и говорить».

«Если какой-нибудь человек говорит, что он лжет, то лжет ли он или говорит правду?» Допущение того, что он говорит правду, будет означать, что правдой является то, что он лжет (об этом он и говорит), значит, выходит, что лжет. Если же он лжет, то это как раз и есть то, что он открыто признает. Получается, что он говорит правду».

А вот несколько примеров современных софизмов:

«Одна и та же вещь не может иметь какое-то свойство и не иметь его. Хозрасчет предполагает самостоятельность, заинтересованность и ответственность. Заинтересованность — это, очевидно, не ответственность, а ответственность — не самостоятельность. Получается вопреки сказанному вначале, что хозрасчет включает самостоятельность и несамостоятельность, ответственность и безответственность».

«Акционерное общество, получившее когда-то ссуду от государства, те-перь ему уже не должно, так как оно стало иным: в его правлении не осталось никого из тех, кто просил ссуду».

© 2009г.Харламов Кирилл; Все права защищены


Софизм — это… Что такое Софизм?

Софи́зм (от греч. σόφισμα, «мастерство, умение, хитрая выдумка, уловка, мудрость») — ложное высказывание, которое, тем не менее, при поверхностном рассмотрении кажется правильным. Софизм основан на преднамеренном, сознательном нарушении правил логики. Это отличает его от паралогизма и апории, которые могут содержать непреднамеренную ошибку либо вообще не иметь логических ошибок, но приводить к явно неверному выводу.

История

Аристотель называл софизмом «мнимые доказательства», в которых обоснованность заключения кажется верной и обязана чисто субъективному впечатлению, вызванному недостаточностью логического или семантического анализа. Убедительность на первый взгляд многих софизмов, их «логичность» обычно связана с хорошо замаскированной ошибкой — семиотической: за счёт метафоричности речи, омонимии или полисемии слов, амфиболий и пр., нарушающих однозначность мысли и приводящих к смешению значений терминов, или же логической: подмена основной мысли (тезиса) доказательства, принятие ложных посылок за истинные, несоблюдение допустимых способов рассуждения (правил логического вывода), использование «неразрешённых» или даже «запрещённых» правил или действий, например деления на нуль в математических софизмах (Последнюю ошибку можно считать и семиотической, так как она связана с соглашением о «правильно построенных формулах»).

Вот один из древних софизмов («рогатый»), приписываемый Эвбулиду: «Что ты не терял, то имеешь. Рога ты не терял. Значит, у тебя рога». Здесь маскируется двусмысленность большей посылки. Если она мыслится универсальной: «Всё, что ты не терял…», то вывод логически безупречен, но неинтересен, поскольку очевидно, что большая посылка ложна; если же она мыслится частной, то заключение не следует логически. Последнее, однако, стало известно лишь после того, как Аристотель сформулировал логику.

А вот современный софизм, обосновывающий, что с возрастом «годы жизни» не только кажутся, но и на самом деле короче: «Каждый год вашей жизни — это её часть, где  — число прожитых вами лет. Но . Следовательно, ».

Исторически с понятием «софизм» неизменно связывают идею о намеренной фальсификации, руководствуясь признанием Протагора о том, что задача софиста — представить наихудший аргумент как наилучший путём хитроумных уловок в речи, в рассуждении, заботясь не об истине, а об успехе в споре или о практической выгоде. (Известно, что сам Протагор оказался жертвой «софизма Эватла»). С этой же идеей обычно связывают и «критерий основания», сформулированный Протагором: мнение человека есть мера истины. Уже Платон заметил, что основание не должно заключаться в субъективной воле человека, иначе придётся признать законность противоречий (что, между прочим, и утверждали софисты), а поэтому любые суждения считать обоснованными. Эта мысль Платона была развита в аристотелевском «принципе непротиворечия» (см. Логический закон) и, уже в современной логике, — в истолкованиях и требовании доказательств «абсолютной» непротиворечивости. Перенесённая из области чистой логики в область «фактических истин», она породила особый «стиль мышления», игнорирующий диалектику «интервальных ситуаций», то есть таких ситуаций, в которых критерий Протагора, понятый, однако, более широко, как относительность истины к условиям и средствам её познания, оказывается весьма существенным. Именно поэтому многие рассуждения, приводящие к парадоксам и в остальном безупречные, квалифицируются как софизмы, хотя по существу они только демонстрируют интервальный характер связанных с ними гносеологических ситуаций. Так, софизм «куча» («Одно зерно — не куча. Если зёрен не куча, то зерно — тоже не куча. Следовательно, любое число зёрен — не куча») — это лишь один из «парадоксов транзитивности», возникающих в ситуации «неразличимости». Последняя служит типичным примером интервальной ситуации, в которой свойство транзитивности равенства при переходе от одного «интервала неразличимости» к другому, вообще говоря, не сохраняется, и поэтому принцип математической индукции в таких ситуациях неприменим. Стремление усматривать в этом свойственное опыту «нетерпимое противоречие», которое математическая мысль «преодолевает» в абстрактном понятии числового континуума (А. Пуанкаре), не обосновывается, однако, общим доказательством устранимости подобного рода ситуаций в сфере математического мышления и опыта. Достаточно сказать, что описание и практика применения столь важных в этой сфере «законов тождества» (равенства) так же, вообще говоря, как и в эмпирических науках, зависит от того, какой смысл вкладывают в выражение «один и тот же объект», какими средствами или критериями отождествления при этом пользуются. Другими словами, идёт ли речь о математических объектах или, к примеру, об объектах квантовой механики, ответы на вопрос о тождестве неустранимым образом связаны с интервальными ситуациями. При этом далеко не всегда тому или иному решению этого вопроса «внутри» интервала неразличимости можно противопоставить решение «над этим интервалом», то есть заменить абстракцию неразличимости абстракцией отождествления. А только в этом последнем случае и можно говорить о «преодолении» противоречия.

По-видимому, первыми, кто понял важность семиотического анализа софизмов, были сами софисты. Учение о речи, о правильном употреблении имён Продик считал важнейшим. Анализ и примеры софизмов часто встречаются в диалогах Платона. Аристотель написал специальную книгу «О софистических опровержениях», а математик Евклид — «Псевдарий» — своеобразный каталог софизмов в геометрических доказательствах. Сочинение «Софизмы» (в двух книгах) написал ученик Аристотеля Феофраст (D.L. V. 45). В средние века в Западной Европе составлялись целые коллекции софизмов. Например, собрание, приписываемое английскому философу и логику XIII века Ричарду Софисту, насчитывает свыше трехсот софизмов. Некоторые из них напоминают высказывания представителей древнекитайской школы имён (мин цзя).

Классификация ошибок

Логические

Так как обычно вывод может быть выражен в силлогистической форме, то и всякий софизм может быть сведён к нарушению правил силлогизма. Наиболее типичными источниками логических софизмов являются следующие нарушения правил силлогизма:

  1. Вывод с отрицательной меньшей посылкой в первой фигуре: «Все люди суть разумные существа, жители планет не суть люди, следовательно, они не суть разумные существа»;
  2. Вывод с утвердительными посылками во второй фигуре: «Все, находящие эту женщину невинной, должны быть против наказания её; вы — против наказания её, значит, вы находите её невинной»;
  3. Вывод с отрицательной меньшей посылкой в третьей фигуре: «Закон Моисеев запрещал воровство, закон Моисеев потерял свою силу, следовательно, воровство не запрещено»;
  4. Особенно распространённая ошибка quaternio terminorum, то есть употребление среднего термина в большой и в меньшей посылке не в одинаковом значении: «Все металлы — простые вещества, бронза — металл: бронза — простое вещество» (здесь в меньшей посылке слово «металл» употреблено не в точном химическом значении слова, обозначая сплав металлов): отсюда в силлогизме получаются четыре термина.

Терминологические

Грамматические, терминологические и риторические источники софизмов выражаются

В устную речь математиками введены такие слова как «сумма», «произведение», «разность». Так  — сумма произведения два на два и пятерки, а  — удвоенная сумма двух и пяти.

  • Более сложные софизмы проистекают из неправильного построения целого сложного хода доказательств, где логические ошибки являются замаскированными неточностями внешнего выражения. Сюда относятся:
    1. Petitio principii: введение заключения, которое требуется доказать, в скрытом виде в доказательство в качестве одной из посылок. Если мы, например, желая доказать безнравственность материализма, будем красноречиво настаивать на его деморализующем влиянии, не заботясь дать отчёт, почему именно материализм — безнравственная теория, то наши рассуждения будут заключать в себе petitio principii.
    2. Ignoratio elenchi заключается в том, что начав доказывать некоторый тезис, постепенно в ходе доказательства переходят к доказательству другого положения, сходного с тезисом.
    3. A dicto secundum ad dictum simpliciter подменяет утверждение, сказанное с оговоркой, на утверждение, не сопровождаемое этой оговоркой.
    4. Non sequitur представляет отсутствие внутренней логической связи в ходе рассуждения: всякое беспорядочное следование мыслей представляет частный случай этой ошибки.

Психологические

Психологические причины С. бывают троякого рода: интеллектуальные, аффективные и волевые. Во всяком обмене мыслей предполагается взаимодействие между 2 лицами, читателем и автором или лектором и слушателем, или двумя спорящими. Убедительность С. поэтому предполагает два фактора: α — психические свойства одной и β — другой из обменивающихся мыслями сторон. Правдоподобность С. зависит от ловкости того, кто защищает его, и уступчивости оппонента, а эти свойства зависят от различных особенностей обеих индивидуальностей.

Интеллектуальные причины

Интеллектуальные причины софизма заключаются в преобладании в уме лица, поддающегося С., ассоциаций по смежности над ассоциациями по сходству, в отсутствии развития способности управлять вниманием, активно мыслить, в слабой памяти, непривычке к точному словоупотреблению, бедности фактических знаний по данному предмету, лености в мышлении (ignava ratio) и т. п. Обратные качества, разумеется, являются наиболее выгодными для лица, защищающего С.: обозначим первые отрицательные качества через , вторые соответствующие им положительные через .

Аффективные причины

Сюда относятся трусость в мышлении — боязнь опасных практических последствий, вытекающих от принятия известного положения; надежда найти факты, подтверждающие ценные для нас взгляды, побуждающая нас видеть эти факты там, где их нет, любовь и ненависть, прочно ассоциировавшиеся с известными представлениями, и т. д. Желающий обольстить ум своего соперника софист должен быть не только искусным диалектиком, но и знатоком человеческого сердца, умеющим виртуозно распоряжаться чужими страстями для своих целей. Обозначим аффективный элемент в душе искусного диалектика, который распоряжается им как актёр, чтобы тронуть противника, через , а те страсти, которые пробуждаются в душе его жертвы и омрачают в ней ясность мышления через . Argumentum ad hominem, вводящий в спор личные счёты, и argumentum ad populum, влияющий на аффекты толпы, представляют типичные С. с преобладанием аффективного элемента.

Волевые причины

При обмене мнений мы воздействуем не только на ум и чувства собеседника, но и на его волю. Во всякой аргументации (особенно устной) есть элемент волевой — императивный — элемент внушения. Категоричность тона, не допускающего возражения, определённая мимика и т. п. () действуют неотразимым образом на лиц, легко поддающихся внушению, особенно на массы. С другой стороны, пассивность () слушателя особенно благоприятствует успешности аргументации противника. Таким образом, всякий С. предполагает взаимоотношение между шестью психическими факторами: . Успешность С. определяется величиной этой суммы, в которой составляет показатель силы диалектика, есть показатель слабости его жертвы. Прекрасный психологический анализ софистики даёт Шопенгауэр в своей «Эристике» (перев. кн. Д. Н. Цертелева). Само собой разумеется, что логические, грамматические и психологические факторы теснейшим образом связаны между собой; поэтому С., представляющий, например, с логической точки зрения quaternio ter.

Способ нахождения ошибки в софизме

  • Внимательно прочитать условие предложенной вам задачи. Начинать поиск ошибки лучше с условия предложенного софизма. В некоторых софизмах абсурдный результат получается из-за противоречивых или неполных данных в условии, неправильного чертежа, ложного первоначального предположения, а далее все рассуждения проводятся верно. Это и вызывает затруднения при поиске ошибки. Все привыкли, что задания, предполагаемые в различной литературе, не содержат ошибок в условии и, поэтому, если получается неверный результат, то ошибку они ищут непременно по ходу решения.
  • Установите области знаний (темы), которые отражены в софизме, предложенных преобразованиях. Софизм может делиться на несколько тем, которые потребуют детального анализа каждой из них.
  • Выясните, соблюдены ли все условия применимости теорем, правил, формул, соблюдена ли логичность. Некоторые софизмы построены на неверном использовании определений, законов, на «забывании» условий применимости. Очень часто в формулировках, правилах запоминаются основные, главные фразы и предложения, всё остальное упускаются. И тогда второй признак равенства треугольников превращается в признак «по стороне и двум углам».
  • Проверяйте результаты преобразования обратным действием.
  • Часто следует разбить работу на небольшие блоки и проконтролировать правильность каждого такого блока.

Примеры софизмов

Список примеров в этой статье не основывается на авторитетных источниках непосредственно о предмете статьи.

Добавьте ссылки на источники, предметом рассмотрения которых является тема настоящей статьи в целом, и содержащие данные элементы списка как примеры. В противном случае раздел может быть удалён.

Полупустое и полуполное

Полупустое есть то же, что и полуполное. Если равны половины, значит, равны и целые. Следовательно, пустое есть то же, что и полное.

Чётное и нечётное

5 есть («два и три»). Два — число чётное, три — нечётное, выходит, что пять — число и чётное и нечётное. Пять не делится на два, также, как и , значит, оба числа нечётные.

Не знаешь то, что знаешь

— Знаешь ли ты то, о чём я хочу тебя спросить?
— Нет.
— Знаешь ли ты, что добродетель есть добро?
— Знаю.
— Об этом я и хотел тебя спросить. А ты, выходит, не знаешь то, что знаешь.

Лекарства

Лекарство, принимаемое больным, есть добро. Чем больше делать добра, тем лучше. Значит, лекарств нужно принимать как можно больше.

Вор

Вор не желает приобрести ничего дурного. Приобретение хорошего есть дело хорошее. Следовательно, вор желает хорошего.

Рогатый

Есть ли у тебя то, что ты не терял? Конечно есть. Ты рога не терял, значит они у тебя есть.

2=3

10-10=0

15-15=0

10-10=15-15

2(5-5)=3(5-5)

2=3

Ошибка в том, что на ноль (5-5) делить нельзя.

Литература

  • Ахманов А. С., Логическое учение Аристотеля, М., 1960;
  • Брутян Г. Паралогизм, софизм и парадокс // Вопросы философии.1959.№ 1.С.56-66.
  • Брадис В. М., Минковский В. Л., Еленев Л. К., Ошибки в математических рассуждениях, 3 изд., М., 1967.
  • Билык А.М., Билык Я.М. К вопросу о проблемной технике софизма (ее связь с современным пониманием научной проблемы) // Философские науки. № 2. 1989. — С.114-117.
  • Морозов Н. А. О научном значении математических софизмов // Известия научного института им. П. Ф. Лесгафта. Пг., 1919.Т.1.С.193-207.
  • Павлюкевич В. В. Логико-методологический статус софизмов // Современная логика:проблемы теории, истории и применения в науке. СПб.,2002. С. 97-98.
  • Read, Stephen (ed).: Sophisms in Medieval Logic and Grammar, Acts of the 8th European Symposium for Medieval Logic and Semantics, Kluwer, 1993
  • Cassagnac, Joachim .: Merde à Celui qui le lira, Flammarion, 1974
  • Тульчинский М. Е. Занимательные задачи-парадоксы и софизмы по физике. М. 1971.
  • Дёмин Р. Н. Собрание «задач» Ричарда Софиста как контекст для «парадоксов» древнекитайской школы имен // Вестник РХГА № 6, СПб., 2005. С. 217—221. http://www.rchgi.spb.ru/Pr/vest_6.htm
  • Неркарарян К. В., Софизмы и парадоксы, 1 издание, 2001

См. также

Софизмы и зарождение логики

Оглавление

Введение 2 Понятие софизма. Логика и философия софистов 3 История возникновения софизмов. Софистика 6 Заключение 10 Список литературы 11

Введение

О софизмах часто говорят в негативном ключе, как о форме интеллектуального мошенничества, попытке выдать ложь за истину. Еще с античных времен они использовались для обоснования заведомых нелепостей, абсурда или парадоксальных положений, противоречащих общепринятым представлениям. Например, софизм «Вор» выглядит так: «Вор не желает приобрести ничего дурного; приобретение хорошего есть дело хорошее; следовательно, вор желает хорошего». Странно звучит и следующее утверждение: «Сидящий встал; кто встал, тот стоит; следовательно, сидящий стоит». Существуют и другие известные софизмы, например: «Для того, чтобы видеть, вовсе необязательно иметь глаза, ведь без правого глаза мы видим, без левого тоже видим; кроме правого и левого, других глаз у нас нет; поэтому ясно, что глаза не являются необходимыми для зрения». Или «Сократ — человек; человек — не то же самое, что Сократ; значит, Сократ — это нечто иное, чем Сократ». Эту игру понятиями Платон представлял просто как смешное злоупотребление языком и сам, придумывая софизмы, не раз показывал софистам, насколько легко подражать их искусству играть словами. Но в этих и многих других софистических рассуждениях неосознанно отрабатывались первые приемы того, что позже, после появления науки о правильном мышлении, назовут логическим анализом. Предмет данного исследования: софизмы и зарождение логики. Цель данной работы: проанализировать влияние софизмов на появление логики. В рамках данной цели были сформулированы следующие задачи: — выявить сущность софизмов; — изучить историю возникновения софизмов; — определить значение софизмов в создании науки логики.

Заключение

Исходя из проведенного исследования можно сделать следующие выводы: Софистика – искусство мудрствования, духовное и философское течение в Древней Греции. Словом софистика также обозначают способ доказательств при помощи ложных, нарушающих формальную логику доводов, софизмов. Главное значение софистики состояло в том, что она перенесла центр тяжести греческой мысли с натурфилософии на изучение человека. Но крайний скептицизм и релятивизм софистов отвергался уже их современниками. В своей риторике софисты фактически разрабатывали практическую логику, в которой принцип истинности заменяется принципом полезности. Логику доказательства истины они подменяли «логикой» убеждения в пользе того, что приемлемо, уместно. Аристотель увидел в этих ухищрениях «мнимую мудрость». Но значение софизмов для развития науки и человеческого мышления достаточно велико. Древнегреческие софизмы, сформулированные в большинстве своём еще в тот период, когда логики как науки о законах и формах правильного мышления ещё не было, учили основам построения рассуждения. Именно с них началось осмысление и изучение доказательства и опровержения. В этом контексте софизмы можно рассматривать как неизбежную на определенном этапе развития теоретического мышления форму постановки проблем.

Список литературы

1. Ивин А.А. Логика. Теория и практика: учеб. пособие для бакалавров / А.А. Ивин. – 4-е изд., испр. и доп. – М.: Юрайт, 2014. – 387 с. 2. История античной философии : учебное пособие для вузов / Р. В. Светлов, Е. В. Алымова, М. Н. Варламова, К. В. Лощевский ; под общей редакцией Р.В. Светлова. – М.: Издательство Юрайт, 2020. — 288 с. 3. Каневский А.С., Шенгелая И.Ш. История логики: учеб. пособие / под ред. проф. А.А. Чемшита. – СПбИГО: ООО «Книжный дом», 2013. – 131 с. 4. Маковельский А.О. История логики. – М.: Кучково поле, 2004. – 480 с. 5. Михайлов К.А. Логика: учебник для вузов / К.А. Михайлов – 3-е изд., испр. и доп. – М.: Юрайт, 2020. – 467 c. 6. Перевалов С.М. Софистика // Вестник культурологии. — 2012. — №1. – 76 с.

Что такое софизм? Софизм в философии

Слово «софизм» считается многозначным. В общем смысле под ним подразумевается рассуждение, которое на первый взгляд кажется истинным, однако на самом деле содержащее логическую ошибку. В некотором роде это попытка введения в заблуждение другого человека путем выдачи лжи за правду.

Одним из ярчайших примеров софизма, известных всем, называется «Рогатый». Он звучит следующим образом: «Что ты не терял, то имеешь; рога ты не терял, значит, у тебя – рога». Как видно из приведенного высказывания софизм, строится на преднамеренном и специальном нарушении какого-либо правила логики. Именно этим он отличается от других ошибок: паралогизма или апории. В них нарушение если и происходит, то случается неумышленно.

Понятие софизма

Итак, софизм – это рассуждение, которое используется для обоснования какой-либо абсурдной посылки или утверждения, содержащего противоречие общепринятому представлению. Приведем яркий пример из области математики: если 5=2+3, при этом 2 – четное, а 3 – нечетное, то результат их суммы (5) будет одновременно четным и нечетным. Данный софизм приводится знаменитым философом Древней Греции – Аристотелем.

Софистика

С момента появления понятия «софизм» оно связывалось с мыслью о преднамеренной фальсификации. Это обосновывалось мнением известного философа Протагора. Он считал задачей софиста – преподнести худший аргумента как лучший, используя уловки в речи. То есть заботиться нужно не о достижении истины, а об успехе. Важно – выиграть в дискуссии, споре, судебном процессе, а не установить правдивость тезиса. Именно с этим связано и известное мнение Протагора о том, что мерилом истины является мнение человека. Впоследствии Платон опроверг данную мысль, поскольку считал, что нельзя умозаключения строить на субъективизме, иначе придется считать правдивым любые высказывания людей.

В качестве прием софизм был введен группой древнегреческих мыслителей, называвших себя софистами. Они обучали обеспеченную молодежь риторике, ораторскому мастерству и искусству спора. Таким образом осуществлялась подготовка к дальнейшей политической или иной карьере.

В прямом смысле софистов сложно назвать философами, поскольку какими-либо научными исследованиями и рассуждениями они не занимались. Их целью был поиск методики, направленной на решение практических задач. При этом именно они первыми обратили внимание на различие в законах природы и культуры, отмечая, что последнюю создают сами люди: искусственным путем. В силу приведенного тезиса сами законы оказываются релятивными, или относительными, поскольку то, что придумал какой-то человек, не может быть объективным по определению. Из-за этого человек и становится мерилом всех вещей, как сказал Протагор. Данный философ также активно отрицал возможность определения и достижения истины. Прежде всего, поскольку отсутствует единый критерий познания окружающих вещей и явлений. Все люди делают это по-разному, душа одного человека видит мир абсолютно по-другому. Таким образом, человек как мера самостоятельно определяет, что для него добро, а что – зло, где правда, а где ложь.

Из вышесказанного вытекает, что любое умозаключение или любой тезис может быть истинным в той или иной ситуации. Поэтому стоит упомянуть еще об одной мысли Протагора: все по-своему верно и правдиво. В нашем мире нет и не может быть единой абсолютной истины, а также четко определенных, признанных всеми моральных ценностей.

Софистов очень часто обвиняли в субъективном подходе и релятивизме (принцип относительности). Другие философы в большинстве случаев отзывались о них пренебрежительно. Например, Аристотель считал софизм не обучением, а «натаскиванием», то есть его целью не был научный поиск истины, а просто победа в споре любыми методами, поэтому философ называл его «мнимой мудростью».

Как обнаружить софизм

Чтобы найти софизм в задаче, требует соблюдать определенные правила и рекомендации:

  • внимательно читать условие. Иногда софизм образуется за счет того, что в исходных данных допущена ошибка. Они могут быть противоречивыми, неполными. Кроме того, исходная посылка также порой содержит ложное высказывание. В основном, люди привыкли, что если результат получается неверным, то проблема в ходе рассуждения. Порой же следует еще раз внимательно перечитать условие задачи, возможно, ошибка кроется там;
  • определите, какие теоремы, формулы или правила применяются в данной ситуации. После этого нужно выяснить, все ли они верны, соблюдается ли логика. Зачастую человек запоминает формулировки не слишком точно, обращая внимание только на основные фразы и предложения. При этом могут быть упущены важные, значительные детали, без которых суть теоремы теряется, что, в свою очередь, приводит к неправильному решению задачи;
  • иногда рекомендуется разбивать большое задание на небольшие блоки, после чего следует проверить каждый из них. Важно определить соблюдается ли истинность всех посылок, а также логичность суждений.

Причины появления софизмов в рассуждении

Выделяется несколько групп причин, по которым в споре человек начинает использовать силлогизм. Это интеллектуальные, аффективные и волевые. Рассмотрим каждую из них подробнее.

Интеллектуальные

Данные причины напрямую связаны с умом обеих сторон спора. Более интеллектуально развитый человек может использовать софизм, если точно знает, что:

  • у его оппонента не хватает знаний в сфере дискуссии;
  • если противник ленится думать, не улавливает ход спора, а также не контролирует его.

Аффективные

В данную категорию входят ситуации, когда «софист» не хочет пользоваться своим умом или ему просто не хватает интеллекта. Поэтому он просто прибегает не к научным понятиям, а к чувствам и эмоциям. Желающий добиться успеха софист обязан хорошо разбираться в психологии, а также искусно находить «больные места» соперника. Таким образом, в душе противника пробуждаются яркие чувства, что затмевает мышление и не дает делать логические умозаключение. Кроме того, нахлынувшие эмоции зачастую мешают думать вообще.

Сюда же будут относиться споры, в которых противник уходит от дискуссии, и занимается сведением личных счетов.

Волевые

Когда стороны обмениваются мнениями по какому-либо поводу, они воздействуют не только на эмоции и чувства собеседника, но и на его волю, поскольку любая аргументация связана с наличием элемента внушения. Оно находит выражение в мимике, тоне, которые не терпит возражения и т.д. Однако не каждый противник поддается такому, это действует чаще всего на пассивных и легко поддающихся постороннему влиянию.

Софизм в споре

Зачастую подобный прием используется при аргументации своей позиции. Еще раз рекомендуется обратить внимание, что простая ошибка и софизм различны только в психологическом плане.

Рассмотрим пример. Если кто-либо в споре отступает от заявленного в начале дискуссии тезиса, но не замечает этого – это ошибка. В ситуации, когда человек преднамеренно уходит от исходной посылки, надеясь, что оппонент не увидит или не поймет, – это уже будет софизмом.

Примеры софизмов в дискуссии

Для наглядности рассмотрим, какими бывают софизмы?

  1. Неопределенности. Это случается, когда доказывающий говорит так, чтобы его невозможно было понять, отвечая на конкретно поставленный вопрос неоднозначно. Из слов человека не получается понять значение и смысл.
  2. Отступлением от тезиса. Иногда это происходит, если противник начинает разбирать и доказывать не истинность или ложность исходной посылки, а аргументацию своего оппонента. Можно увидеть подобную ситуацию в суде, когда адвокат разбивает все доказательства вины подсудимого, приведенные прокурором, после чего делает вывод, звучащий, как «подсудимый невиновен». Хотя при этом правильным умозаключением было бы: «вина не доказана».
  3. Подмена пункта разногласия. Такой софизм случается, если противник не опровергает исходную мысль в целом, а выступает против лишь некоторых ее частностей. А когда он доказывает их ложность, делает вывод, что весь тезис также неправдив. Приведем пример. В статье указано, что мэр города Н. выслал из города гражданина Лимонова. После этого выходит опровержение главы поселения: «В городе Н. нет и не было людей с фамилией Лимонов». То есть в личных данных высланного была допущена ошибка. Мэр воспользовался этим и оставил без ответа сообщение в целом, опровергнув лишь его часть. Таким образом, произошла ошибка, в которой существенный момент разногласия подменили неважным и незначительным.

Софизмы зачастую настолько неоднозначны, что подкупают человека своей внешней убедительностью. Однако при ближайшем рассмотрении можно распознать и выявить логические ошибки и ложные элементы.

Итак, софизмом называется рассуждение, которым умышленно обосновывается изначально нелепый, бессмысленный тезис. Теоретический анализ их был проведен Платоном через его «Диалоги». Однако систематическое рассмотрение, основанное на силлогизме и подобных умозаключениях, провел Аристотель. Софизм получил свое название благодаря группе древнегреческих мыслителей, которые прививали молодым людям искусство спора, а именно учили доказывать любой тезис, не заботясь о его истинности. Важно было лишь выйти победителем из дискуссии.

Софизмы активно используются и в наше время, а его основной задачей является манипуляция общественным сознанием. Сейчас это активно применяется специалистами по пиару, политиками во время предвыборных кампаний и адвокатами на судебных заседаниях. Таким образом, под софизмом понимается преднамеренный обман, основанный чаще всего на нарушении правил логики.

Софизмы — Информио

«В математических вопросах нельзя пренебрегать

даже самыми мелкими ошибками».

(И. Ньютон)

 

В наше время большими темпами развивается производство и требуются профессии, связанные с точными науками: физика, химия и математика. Данные науки нужно не только знать, но и понимать. Софизмы существуют для лучшего усвоения математики. Софизмом называется умышленно ложное умозаключение, которое имеет видимость правильного. Каков бы ни был легкий или сложный софизм, он обязательно содержит одну или несколько замаскированных ошибок. Разбор софизмов прежде всего развивает логическое мышление, т.е. прививает навыки правильного мышления.

Софизм – это логически неверное рассуждение, умозаключение или убедительное утверждение, которое намеренно выдают за правильное. Понятие «софизм» традиционно связывают с учением представителей школы софистов – философов-просветителей и первых профессиональных учителей общего образования, которая была создана в Афинах во второй половине V века до н. э. Время их активной деятельности часто называют эпохой греческого просвещения.

К старшим софистам (вторая половина V века до н. э.) относятся Протагор, Горгий, Гиппий, Продик, Антифон и Критий. К следующему поколению софистов относят Ликофрон, подкислитель, Тразимен и ряд других Софизм — это логически неверное рассуждение, умозаключение или убедительное утверждение, которое намеренно выдают за правильное. Понятие «софизм» традиционно связывают с учением представителей школы софистов – философов-просветителей и первых профессиональных учителей общего образования, которая была создана в Афинах во второй половине V века до н. э. Время их активной деятельности часто называют эпохой греческого просвещения. К старшим софистам (вторая половина V века до н. э.) относятся Протагор, Горгий, Гиппий, Продик, Антифон и Критий. К следующему поколению софистов относят Ликофрон, подкислитель, Тразимен и ряд других.

Общей чертой учений софистов был релятивизм, нашедший классическое выражение в широко известном положении Протагора «человек – мера всех вещей», и, следовательно, не существует одной истины, а все знания относительны. Этому содействовал сам характер деятельности софистов: они должны были обучить обратившегося к ним ученика убедительно отстаивать любую точку зрения какая только могла понадобиться ему в делах. Основой такого обучения было представление об отсутствии абсолютной истины и объективных ценностей. Так, другой известный софист доказывал, что ничто не существует, а если существует, то непознаваемо, а если и познаваемо, то неизъяснимо; а раз так, то и опровергать, и доказывать можно всё, что угодно.

 

Оригинал публикации (Читать работу полностью): Софизмы

софистов | Интернет-энциклопедия философии

Софисты были странствующими профессиональными учителями и интеллектуалами, которые часто бывали в Афинах и других греческих городах во второй половине V века до н. Э. В обмен на вознаграждение софисты предлагали молодым богатым грекам образование в арет ē (добродетель или превосходство), тем самым достигая богатства и славы, вызывая при этом значительную антипатию. До V века до н. Э. aret ē преимущественно ассоциировалось с такими аристократическими военными добродетелями, как храбрость и физическая сила.Однако в демократических Афинах второй половины пятого века до нашей эры aret ē все больше понималось как способность влиять на своих сограждан на политических собраниях посредством риторического убеждения; софистическое образование выросло из этого сдвига и использовало его. Самые известные представители софистического движения — Протагор, Горгий, Антифон, Гиппий, Продик и Фрасимах.

Исторические и филологические трудности, стоящие перед интерпретацией софистов, значительны.До наших дней сохранилась лишь горстка софистических текстов, и большая часть того, что мы знаем о софистах, почерпнута из свидетельств из вторых рук, фрагментов и в целом враждебного описания их в диалогах Платона.

Философская проблема природы софистики, возможно, еще более серьезна. Во многом благодаря влиянию Платона и Аристотеля термин софистика стал обозначать преднамеренное использование ошибочных рассуждений, интеллектуального шарлатанства и моральной беспринципности.Как поясняется в статье, думать об исторических софистах в этих терминах является чрезмерным упрощением, поскольку они внесли подлинный и оригинальный вклад в западную мысль. Платон и Аристотель, тем не менее, установили свое видение того, что составляет легитимную философию, отчасти путем различения своей собственной деятельности — и деятельности Сократа — от софистов. Таким образом, если кто-то так склонен, софистику можно рассматривать как в концептуальном, так и в историческом смысле как «другое» философии.

Возможно, из-за упомянутых выше трудностей с толкованием софисты были многим людям.Для Гегеля (1995/1840) софисты были субъективистами, чья скептическая реакция на объективный догматизм досократиков была синтезирована в работах Платона и Аристотеля. Для утилитарного английского классика Джорджа Грота (1904) софисты были прогрессивными мыслителями, ставившими под сомнение господствовавшую в то время мораль. Более поздняя работа французских теоретиков, таких как Жак Деррида (1981) и Жан Франсуа-Лиотар (1985), предполагает сходство между софистами и постмодернизмом.

В этой статье дается широкий обзор софистов и указываются некоторые из центральных философских вопросов, поднятых их работами.В разделе 1 обсуждается значение термина софист . В разделе 2 рассматриваются индивидуальные работы самых известных софистов. В разделе 3 исследуются три темы, которые часто считались характерными для софистической мысли: различие между природой и условностями, релятивизм в отношении знания и истины и сила речи. Наконец, в разделе 4 анализируются попытки Платона и других провести четкую границу между философией и софистикой.

Содержание

  1. Введение
  2. Софисты
    1. Протагора
    2. Горгия
    3. Антифон
    4. Гиппий
    5. Продик
    6. Фразимах
  3. Основные темы софистической мысли
    1. Природа и условности
    2. Релятивизм
    3. Язык и реальность
  4. Различие между философией и софистикой
  5. Ссылки и дополнительная литература
    1. Первичные источники
    2. Вторичные источники
    3. Другое прочтение

1.Введение

Термин софист ( софист ēs ) происходит от греческих слов, обозначающих мудрость ( софия ) и мудрый ( софос ). По крайней мере, со времен Гомера, эти термины имели широкий диапазон применения — от практических знаний и благоразумия в общественных делах до поэтических способностей и теоретических знаний. Примечательно, что термин sophia можно было использовать для описания неискреннего ума задолго до появления софистического движения.Феогнис, например, писавший в шестом веке до нашей эры, советует Кирносу приспособить свой дискурс к разным товарищам, потому что такая сообразительность ( софи ē ) превосходит даже великое мастерство ( Elegiac Poems , 1072, 213) .

В V веке до н. Э. термин софист ēs все еще широко применялся к «мудрецам», включая таких поэтов, как Гомер и Гесиод, Семь мудрецов, ионийских «физиков» и множество провидцев и пророков.Более узкое использование этого термина для обозначения профессиональных учителей добродетели или передового опыта ( aret ē ) стало преобладать во второй половине V века до нашей эры, хотя это не следует рассматривать как подразумевающее наличие четкого различия между философы, такие как Сократ, и софисты, такие как Протагор, Горгий и Продик. Это очевидно из пьесы Аристофана Облака (423 г. до н. Э.), В которой Сократ изображен как софист, а Продик прославляется за его мудрость.

Пьеса Аристофана — хорошая отправная точка для понимания отношения афинян к софистам. Облака изображают невзгоды Стрепсиада, пожилого афинского гражданина со значительными долгами. Решив, что лучший способ расплатиться с долгами — победить своих кредиторов в суде, он посещает The Thinkery, институт высшего образования, возглавляемый софистом Сократом. Когда ему не удается научиться искусству речи в «Мыслительном процессе», Стрепсиад убеждает своего первоначально сопротивляющегося сына Фейдиппида сопровождать его.Здесь они сталкиваются с двумя соратниками Сократа, более сильным и более слабым аргументом, которые представляют жизнь справедливости и самодисциплины, а также несправедливости и потворства своим слабостям соответственно. На основе всенародного голосования более слабый аргумент преобладает и приводит Фидиппида к мысли о том, как заставить более слабый аргумент победить более сильный. Позже Стрепсиад повторно посещает «Мысли» и обнаруживает, что Сократ превратил своего сына в бледного и бесполезного интеллектуала. Когда Фидиппид получает высшее образование, он впоследствии берет верх не только над кредиторами Стрепсиада, но также побеждает своего отца и предлагает убедительное риторическое оправдание своего поступка.Когда Фидиппид готовится избить свою мать, возмущение Стрепсиадеса побуждает его возглавить жестокую атаку толпы на «Мыслитель».

Изображение Сократа-софиста Аристофаном раскрывает как минимум три уровня. Во-первых, это показывает, что различие между Сократом и его софистами было далеко не ясным для их современников. Хотя Сократ не взимал плату и часто утверждал, что все, что он знал, это то, что он не знал большинства вопросов, его связь с софистами отражает как неопределенность термина софист, так и трудность, по крайней мере для обычного афинского гражданина, отличить его методы из их.Во-вторых, изображение Аристофана предполагает, что софистическое образование отражало упадок героических Афин предыдущих поколений. В-третьих, софистам приписывали интеллектуальную хитрость и моральную сомнительность еще до Платона и Аристотеля.

Враждебность по отношению к софистам была важным фактором в решении афинян d ēmos приговорить Сократа к смертной казни за нечестие. Анитуса, который был одним из обвинителей Сократа на суде, явно не интересовали такие детали, как то, что человек, которого он обвинял, не утверждал, что обучал aret ē или взимал плату за это.Платон изображает его как предполагающего, что софисты — это руины всех, кто вступает с ними в контакт, и как сторонника их изгнания из города ( Meno , 91c-92c). Столь же показательным с точки зрения отношения к софистам является беседа Сократа с Гиппократом, богатым молодым афинянином, стремящимся стать учеником Протагора ( Protagoras , 312a). Гиппократ так хочет встретиться с Протагором, что будит Сократа рано утром, но позже признает, что ему самому было бы стыдно, если бы его сограждане назвали софистом.

Платон изображает Протагора хорошо осведомленным о враждебности и негодовании, порожденных его профессией ( Протагор, , 316c-e). Неудивительно, полагает Протагор, что иностранцы, которые называют себя мудрыми и убеждают богатую молодежь могущественных городов оставить свою семью и друзей и вступить с ними в союз, вызовут подозрения. Действительно, Протагор утверждает, что софистическое искусство является древним, но что старые софисты, в том числе такие поэты, как Гомер, Гесиод и Симонид, пророки, провидцы и даже учителя физкультуры, сознательно не принимали это имя из опасения преследований.Протагор говорит, что, хотя он и принял стратегию открытого признания себя софистом, он принял другие меры предосторожности — возможно, включая его связь с афинским генералом Периклом — для обеспечения своей безопасности.

Низкое положение софистов в афинском общественном мнении не проистекает из единственного источника. Несомненно, подозрительность к интеллектуалам среди многих была фактором. Однако новые деньги и демократическое принятие решений также представляли угрозу для консервативного афинского аристократического истеблишмента.Это угрожающее социальное изменение отражается в отношении к концепции совершенства или добродетели ( aret ē ), упомянутой в приведенном выше резюме. Если в гомеровских эпосах aret ē обычно обозначает силу и храбрость настоящего мужчины, то во второй половине V века до н. Э. он все чаще ассоциировался с успехом в государственных делах посредством риторического убеждения.

В контексте политической жизни Афин конца V в. До н. Э.C.E. важность навыков убедительной речи или риторики нельзя недооценивать. Развитие демократии сделало владение устным словом не только предпосылкой политического успеха, но и необходимой формой самообороны в случае судебного процесса. Соответственно софисты ответили на растущие потребности молодых и амбициозных людей. Мено, амбициозный ученик Горгия, говорит, что aret ē — и, следовательно, функция — человека состоит в том, чтобы управлять людьми, то есть управлять своими общественными делами так, чтобы приносить пользу своим друзьям и вредить его врагам (73c -d).Это давний идеал, но лучше всего его можно реализовать в демократических Афинах с помощью риторики. Таким образом, риторика была стержнем софистического образования ( Protagoras, , 318e), даже если большинство софистов заявляли, что преподают более широкий круг предметов.

Подозрение к софистам было вызвано их отходом от аристократической модели образования ( paideia ). Начиная с гомеровской Греции, paideia была предметом заботы правящей знати и основывалась на наборе моральных заповедей, подходящих аристократическому классу воинов.Бизнес-модель софистов предполагала, что aret ē может быть обучено всем свободным гражданам, и это утверждение неявно отстаивает Протагор в своей великой речи о происхождении справедливости. Таким образом, софисты представляли угрозу статус-кво, потому что они давали неизбирательное обещание — предполагая платежеспособность — предоставить молодым и амбициозным людям возможность преобладать в общественной жизни.

Таким образом, софистов можно условно определить как оплачиваемых учителей aret ē , где последнее понимается в терминах способности достигать и осуществлять политическую власть с помощью убедительной речи.Однако это только отправная точка, и широкие и значительные интеллектуальные достижения софистов, которые мы рассмотрим в следующих двух разделах, заставили некоторых задаться вопросом, возможно ли или желательно ли приписывать их уникальному методу или мировоззрению. это служило бы объединяющей характеристикой, а также отличало бы их от философов.

В девятнадцатом веке и позже ученые часто использовали метод как способ отличить Сократа от софистов.Например, для Генри Сиджвика (1872, 288–307), в то время как Сократ использовал метод вопросов и ответов в поисках истины, софисты произносили длинные эпидемические или демонстративные речи с целью убеждения. На этом основании трудно поддерживать четкую методическую дифференциацию, учитывая, что Горгий и Протагор заявляли о своем мастерстве в коротких речах и что Сократ участвует в длинных красноречивых речах — многие в мифической форме — на протяжении платоновских диалогов. Более того, просто ошибочно утверждать, что софисты во всех случаях не интересовались истиной, поскольку утверждение относительности истины само по себе означает утверждение истины.Еще одно соображение состоит в том, что Сократ виновен в ошибочных рассуждениях во многих платоновских диалогах, хотя этот момент менее уместен, если мы предположим, что логические ошибки Сократа являются непреднамеренными.

G.B. Керферд (1981a) предложил более детальный набор методологических критериев, чтобы отличить Сократа от софистов. Согласно Керферду, софисты использовали эристические и антилогические методы аргументации, тогда как Сократ презирал первые и рассматривал второе как необходимый, но неполный шаг на пути к диалектике.Платон использует термин «эристика» для обозначения практики — строго говоря, это не метод — поиска победы в споре без оглядки на истину. Мы находим изображение эристических приемов в диалоге Платона Euthydemus , где братья Евтидем и Дионисиодор намеренно используют вопиюще ошибочные аргументы с целью противоречить своему оппоненту и победить его. Антилогичность — это метод исхода из данного аргумента, обычно предлагаемого оппонентом, в направлении создания противоположного или противоречащего аргумента таким образом, что оппонент должен либо отказаться от своей первой позиции, либо принять обе позиции.Этот метод аргументации использовался большинством софистов, и его примеры можно найти в трудах Протагора и Антифона.

Утверждение Керферда о том, что мы можем провести различие между философией и софистикой, обращаясь к диалектике, однако, остается проблематичным. В том, что обычно считается «ранними» платоническими диалогами, мы находим Сократа, использующего диалектический метод опровержения, называемый elenchus . Как утверждал Нехамас (1990), в то время как elenchus можно отличить от эристического из-за его озабоченности истиной, его труднее отличить от антилогического, потому что его успех всегда зависит от способности собеседников защищаться от опровержения. частный случай.С другой стороны, в «средних» и «поздних» диалогах Платона, согласно интерпретации Нехама, Платон связывает диалектику со знанием форм, но это, по-видимому, предполагает эпистемологическую и метафизическую приверженность трансцендентной онтологии, которую тогда и составляло большинство философов. теперь будет неохотно поддержать.

Более поздние попытки объяснить, что отличает философию от софистики, соответственно, имели тенденцию сосредотачиваться на различии моральных целей или с точки зрения выбора различных способов образа жизни, как элегантно формулирует Аристотель ( Метафизика IV, 2, 1004b24-5). ).В разделе 4 мы вернемся к вопросу о том, является ли это лучшим способом разобраться в различии между философией и софистикой. Однако перед этим полезно набросать биографии и интересы наиболее выдающихся софистов, а также рассмотреть некоторые общие темы в их мыслях.

2. Софисты

а. Протагор

Протагор из Абдеры (ок. 490-420 до н. Э.) Был наиболее выдающимся членом софистического движения, и Платон сообщает, что он был первым, кто взимал плату, используя этот титул ( Протагор , 349a).Несмотря на свою враждебность к софистам, Платон изображает Протагора весьма симпатичной и достойной фигурой.

Одним из наиболее интригующих аспектов жизни и творчества Протагора является его связь с великим афинским полководцем и государственным деятелем Периклом (ок. 495-429 до н. Э.). Перикл, который был самым влиятельным государственным деятелем в Афинах более 30 лет, включая первые два года Пелопоннесской войны, по-видимому, высоко ценил философов и софистов, и в особенности Протагора, поручив ему роль редактора. законы для афинского города Фурии в 444 г. до н.э.

н. Э.

С философской точки зрения Протагор наиболее известен своим релятивистским взглядом на истину, в частности утверждением, что «человек есть мера всех вещей», и своим агностицизмом в отношении богов. Первая тема будет обсуждаться в разделе 3b. Известно, что агностицизм Протагора сформулирован в заявлении о том, что «относительно богов я не в состоянии знать, что (или как) они есть, или что (или как) они не являются, либо каковы они внешне; ибо есть много вещей, которые мешают познанию, неясность вопроса и краткость человеческой жизни »(DK, 80B4).Похоже, это выражает форму религиозного агностицизма, не совсем чуждую образованному афинскому мнению. Несмотря на это, согласно традиции, Протагор к концу жизни был осужден за нечестие. В результате, как гласит история, его книги были сожжены, и он утонул в море, покидая Афины. В этом контексте, возможно, важно то, что Протагор, по-видимому, был источником софистического утверждения «заставить более слабый аргумент победить более сильный», пародируемого Аристофаном.

Платон предполагает, что Протагор стремился отличить свое образовательное предложение от других софистов, таких как Гиппий, сосредоточив внимание на обучении в арет ē в смысле политической добродетели, а не в специализированных исследованиях, таких как астрономия и математика ( Протагор). , 318д).

Помимо своих работ Истина и О богах , которые касаются его релятивистского представления об истине и агностицизме соответственно, Диоген Лаэртий говорит, что Протагор написал следующие книги: Антилогии , Искусство эристики , Императив , На амбициях , На неправильных действиях человека , На тех, кто в Аиде , На науках , На добродетелях , На борьбе , На исходном положении вещей и Испытание на гонорар .

г. Горгия

Горгий Леонтинский (ок. 485 — ок. 390 до н. Э.) Обычно считается членом софистического движения, несмотря на его отрицание способности преподавать арет ē ( Meno , 96c). Основным направлением деятельности Горгия была риторика, и, учитывая важность убедительной речи для софистического образования и его согласие на оплату труда, для наших целей уместно рассматривать его наряду с другими известными софистами.

Горгий посетил Афины в 427 г. до н. Э.C.E. как руководитель посольства из Леонтины с успешным намерением убедить афинян заключить союз против Сиракуз. Он много путешествовал по Греции, зарабатывая большие суммы денег, давая уроки риторики и выступая против эпидемий.

Платон Gorgias изображает риторика чем-то вроде знаменитости, которая либо не имеет хорошо продуманных взглядов на значение своего опыта, либо неохотно разделяет их, и который отрицает свою ответственность за несправедливое использование риторических навыков со стороны заблудшие студенты.Хотя Горгиас представляет себя умеренно честным, драматическая структура диалога Платона предполагает, что защита несправедливости со стороны Полуса и апелляция к естественному праву сильнейшего со стороны Калликла частично основаны на концептуальных предпосылках горгианской риторики.

Оригинальный вклад

Горджиа в философию иногда оспаривается, но фрагменты его работ О небытии или природе и Хелен — подробно обсуждаемые в разделе 3c — содержат интригующие утверждения относительно силы риторической речи и стиля аргументации напоминает Парменида и Зенона.Горгиасу также приписывают другие речи и энкомии, а также технический трактат по риторике под названием В нужный момент времени .

г. Антифон

Биографические подробности, связанные с Антифоном-софистом (ок. 470-411 гг. До н.э.), неясны — один нерешенный вопрос заключается в том, следует ли отождествлять его с Антифоном Рамнусским (государственным деятелем и учителем риторики, который был членом олигархии, которая имела власть в Афины в 411 г. до н. Э.). Однако с момента публикации отрывков из его On Truth в начале двадцатого века он стал рассматриваться как главный представитель софистического движения.

Об истине , в котором представлены различные позиции и противоположности относительно отношений между природой и условностями (см. Раздел 3а ниже), иногда считается важным текстом в истории политической мысли из-за его предполагаемой защиты эгалитаризма:

Мы уважаем и почитаем тех, кто родился от выдающихся отцов, а тех, кто происходит из незаметного дома, мы не уважаем и не почитаем. В этом мы ведем себя по отношению друг к другу как варвары.Ибо по своей природе мы все в равной степени, и варвары, и греки, имеем совершенно одинаковое происхождение: ибо это уместно для удовлетворения естественных удовлетворений, необходимых всем людям: все имеют способность выполнять их одинаково, и во всем этом никто из нас не отличается ни варваром, ни греком; поскольку все мы дышим воздухом ртом и ноздрями, и все мы едим руками (цитата по Untersteiner, 1954).

Следует ли рассматривать это утверждение как выражение действительных взглядов Антифона или, скорее, как часть антилогического представления противоположных взглядов на справедливость, остается открытым вопросом, как и исключает ли такая позиция отождествление Антифона-софиста с олигархическим Антифон Рамнский.

г. Гиппий

Точные даты Гиппия из Элиды неизвестны, но ученые обычно предполагают, что он жил в то же время, что и Протагор. В то время как изображения Платона Протагора — и, в меньшей степени, Горгия — свидетельствуют о некотором уважении, он представляет Гиппия как комическую фигуру, помешанную на деньгах, напыщенную и сбитую с толку.

Гиппий наиболее известен своей полиматией (DK 86A14). Его области знаний включали астрономию, грамматику, историю, математику, музыку, поэзию, прозу, риторику, живопись и скульптуру.Подобно Горгию и Продику, он служил послом в своем родном городе. Его работа как историка, которая включала составление списков олимпийских победителей, была неоценима для Фукидида и последующих историков, поскольку позволила более точно датировать прошлые события. В математике ему приписывают открытие кривой — квадратики, которая используется для деления угла пополам.

Что касается своего философского вклада, Керферд предположил на основе Платона Hippias Major (301d-302b), что Гиппий отстаивал теорию, согласно которой классы или виды вещей зависят от существа, которое их пересекает.Трудно разобраться в этой предполагаемой доктрине на основе имеющихся свидетельств. Как было сказано выше, Платон изображает Гиппия философски поверхностным и неспособным идти в ногу с Сократом в диалектических дискуссиях.

e. Продик

Продик из Кеоса, живший примерно в то же время, что и Протагор и Гиппий, наиболее известен своими тонкими различиями между значениями слов. Считается, что он написал трактат под названием О правильности имен .

Платон забавно описывает метод Продика в следующем отрывке из Протагора:

Продикус заговорил следующим образом: «Те, кто присутствует на подобных обсуждениях, должны слушать обоих собеседников беспристрастно, но не одинаково. Здесь есть различие. Мы должны слушать беспристрастно, но не разделять наше внимание поровну: больше должно достаться более мудрому оратору, а меньше — более необразованному … Таким образом, наша встреча примет наиболее привлекательный оборот, так как вы, ораторы, наверняка заслужите уважение, а не похвала тех, кто вас слушает.Ибо уважение бесхитростно присуще душам слушателей, но хвала слишком часто оказывается просто лживым словесным выражением. Кроме того, мы, ваша аудитория, были бы очень обрадованы, но не довольны, потому что получать одобрение — значит чему-то научиться, участвовать в какой-то интеллектуальной деятельности; но получение удовольствия связано с едой или другими телесными удовольствиями »(337a-c).

Эпидемическая речь Продика, Выбор Геракла , была удостоена похвалы Ксенофонта ( Memorabilia , II.1.21-34), и в дополнение к своему личному обучению он, кажется, несколько раз служил послом в Кеосе (месте рождения Симонида).

Сократ, хотя, возможно, с некоторой долей иронии, любил называть себя учеником Продика ( Протагора , 341a; Meno , 96d).

ф. Трасимах

Фрасимах был известным афинским оратором во второй половине V века до н. Э., Но единственное сохранившееся свидетельство его взглядов содержится в платоновском Клейтофоне и первой книге Республика .Он изображен дерзким и агрессивным, его взгляды на природу правосудия будут рассмотрены в разделе 3а.

3. Основные темы софистической мысли

а. Природа и условности

Различие между physis (природа) и nomos (обычаи, закон, условность) было центральной темой греческой мысли во второй половине V века до н. Э. и особенно важно для понимания работы софистов. Прежде чем перейти к софистическому рассмотрению этих понятий и различий между ними, стоит обрисовать значение греческих терминов.

Аристотель определяет physis как «субстанцию ​​вещей, которые имеют в себе такой источник движения» ( Metaphysics , 1015a13-15). Термин physis тесно связан с греческим глаголом расти ( phu ō ), а динамический аспект physis отражает точку зрения о том, что природа вещей находится в их происхождении и внутренних принципах изменения. Некоторые из ионийских мыслителей, которых сейчас называют досократиками, в том числе Фалес и Гераклит, использовали термин physis для реальности в целом или, по крайней мере, для ее основных материальных составляющих, имея в виду исследование природы в этом контексте как Historia ( исследование), а не философия.

Термин nomos относится к широкому спектру нормативных концепций, простирающихся от обычаев и конвенций до позитивного права. Было бы ошибкой рассматривать этот термин как относящийся только к произвольным человеческим соглашениям, поскольку обращение Гераклита к различию между человеческими nomoi и одним божественным nomos (DK 22B2 и 114) ясно показывает. Тем не менее, увеличение количества путешествий, о чем свидетельствует история Геродота, привело к лучшему пониманию широкого спектра обычаев, условностей и законов, существующих в сообществах древнего мира.Это признание создает возможность дихотомии между тем, что неизменно и соответствует природе, и тем, что является просто продуктом произвольного человеческого соглашения.

Дихотомия между physis и nomos , кажется, была чем-то вроде банальности софистической мысли, и к ней, в частности, обращались Протагор и Гиппий. Однако, возможно, наиболее поучительное софистическое описание этого различия можно найти во фрагменте Антифона «Об истине» .

Антифон применяет это различие к понятиям справедливости и несправедливости, утверждая, что большинство вещей, которые считаются справедливыми согласно nomos , находятся в прямом конфликте с природой и, следовательно, не являются истинно или естественно справедливыми (DK 87 A44). Основная идея аргумента Антифона состоит в том, что законы и условности созданы как ограничение на наше естественное стремление к удовольствиям. В отрывке, наводящем на размышления о дискуссии о справедливости в начале Платона Republic , Антифон также утверждает, что следует использовать справедливость в своих интересах, считая законы важными, когда присутствуют свидетели, но игнорируя их, когда это может сойти с рук.Хотя эти аргументы могут быть истолкованы как часть антилогического упражнения на природе и условности, а не как предписания для благоразумной безнравственной жизни, они согласуются с взглядами на связь между человеческой природой и справедливостью, предложенными Платоном, описывающим Калликла и Фрасимаха в году. Gorgias и Republic соответственно.

Калликл, молодой афинский аристократ, который может быть реальной исторической фигурой или плодом воображения Платона, не был софистом; действительно, он выражает пренебрежение к ним ( Gorgias , 520a).Его описание связи между physis и nomos , тем не менее, обязано софистической мысли. Согласно Калликлу, аргументы Сократа в пользу утверждения о том, что лучше терпеть несправедливость, чем совершать несправедливость, торгуют намеренной двусмысленностью термина «справедливость». Калликл утверждает, что традиционная справедливость — это своего рода рабская мораль, навязанная многими, чтобы ограничить желания немногих высших. Напротив, то, что соответствует природе, можно увидеть, наблюдая за животными в природе и отношениями между политическими сообществами, где можно увидеть, что сильные преобладают над слабыми.Сам Калликл использует этот аргумент в направлении вульгарного чувственного гедонизма, мотивированного желанием иметь больше, чем другие ( pleonexia ), но чувственный гедонизм как таковой не кажется необходимым следствием его взглядов на естественную справедливость.

Хотя софист Фрасимах не использует различие physis / nomos в первой книге Republic , его описание справедливости (338d-354c) относится к аналогичным концептуальным рамкам.Подобно Калликлу, Фрасимах обвиняет Сократа в преднамеренном обмане в своих аргументах, особенно в том, что искусство правосудия состоит в том, что правитель заботится о своих подданных. Согласно Фрасимаху, нам лучше думать об отношениях правитель / управляемый как о пастыре, заботящемся о своем стаде с целью его окончательной гибели. Справедливость в общепринятом понимании — это просто наивная забота о преимуществах другого. С другой, более естественной точки зрения, справедливость — это власть более сильного, поскольку правители устанавливают законы, которые убеждают множество людей в том, что им справедливо подчиняться тому, что выгодно немногим правящим.

Альтернативный и более поучительный рассказ о связи между physis и nomos можно найти в великой речи Протагора ( Protagoras , 320c-328d).Согласно мифу Протагора, изначально боги заставили человека погрузиться в жестокое состояние природы, напоминающее то, что позже описал Гоббс. Наше положение улучшилось, когда Зевс одарил нас позором и справедливостью; они позволили нам развить навыки политики и, следовательно, цивилизованные общественные отношения и добродетель. Помимо поддержки его аргумента о том, что можно обучить aret ē , этот счет предлагает защиту nomos на том основании, что природа сама по себе недостаточна для процветания человека, рассматриваемого как политическое животное.

г. Релятивизм

Первым источником софистического релятивизма в отношении знания и / или истины является знаменитое высказывание Протагора «человек — мера». Интерпретация тезиса Протагора всегда была предметом споров. В частности, необходимо проявлять осторожность против соблазна отнести современные эпистемологические проблемы к описанию Протагора и софистическому учению об относительности истины в более общем смысле.

Тезис измерения Протагора выглядит следующим образом:

Человек есть мера всех вещей, тех вещей, которые есть, что они есть, и тех вещей, которых нет, которых нет (DK, 80B1).

Практически все ученые согласны с тем, что Протагор здесь говорит о каждом человеческом существе как о мере того, что есть, а не о «человечестве» как таковом, хотя греческий термин для «человека» — h ō anthr ō pos — конечно, не исключает второго толкования. Платоновский Theaetetus (152a), однако, предлагает первое чтение, и здесь я предполагаю его правильность. В этом прочтении мы можем рассматривать Протагора как утверждающего, что если ветер, например, кажется (или кажется) холодным мне и кажется (или кажется) вам теплым, то ветер для меня холодный, а теплый для меня. ты.

Другой вопрос интерпретации касается того, следует ли нам истолковывать утверждение Протагора как в первую очередь онтологическое или эпистемологическое по своему намерению. Ученые Кан, Оуэн и Керферд, среди прочих, предполагают, что, хотя у греков не было четкого различия между экзистенциальным и предикативным использованием слова «быть», они, как правило, трактовали экзистенциальное использование как сокращение от предикативного использования.

Обрисовав в общих чертах некоторые трудности интерпретации, связанные с утверждением Протагора, мы все же остаемся по крайней мере с тремя возможными вариантами прочтения (Kerferd, 1981a, 86).Протагор мог бы утверждать, что (i) нет никакого независимого от разума ветра вообще, а есть лишь частные субъективные ветры (ii) есть ветер, который существует независимо от моего восприятия его, но сам по себе он ни холодный, ни теплый, как эти качества являются личными (iii) есть ветер, который существует независимо от моего восприятия его, и он одновременно холодный и теплый, поскольку два качества могут быть присущи одной и той же независимой от разума «сущности».

Все три интерпретации являются живыми вариантами, причем (i) возможно, наименее правдоподобно.Каким бы ни был точный смысл релятивизма Протагора, следующий отрывок из Theaetetus предполагает, что он также был распространен на политическую и этическую сферу:

Все, что в каком-либо конкретном городе считается справедливым и достойным восхищения, справедливо и достойно восхищения в этом городе, пока действует конвенция (167c).

Одна трудность, которую вызывает этот отрывок, заключается в том, что, хотя Протагор утверждал, что все верования одинаково верны, он также утверждал, что некоторые из них превосходят другие, потому что они более субъективно удовлетворяют тех, кто их придерживается.Таким образом, Протагор, по-видимому, хочет того и другого, поскольку он устраняет объективный критерий истины, одновременно утверждая, что одни субъективные состояния лучше других. Его призыв к лучшим и худшим убеждениям, однако, можно рассматривать как относящийся к убедительности и удовольствию, вызываемым определенными убеждениями и речами, а не их объективной истиной.

Другой важный источник софистического релятивизма — это Dissoi Logoi , недатированный и анонимный пример протагорейской антилогии.В Dissoi Logoi мы находим конкурирующие аргументы по пяти тезисам, включая то, одинаковы ли хорошие и плохие, или разные, а также ряд примеров относительности различных культурных практик и законов. В целом, Dissoi Logoi может служить подтверждением не только относительности истины, но и того, что Барни (2006, 89) назвал тезисом изменчивости: все, что хорошо в некотором квалифицированном отношении, также плохо в другом отношении, и то же самое является случай для широкого диапазона противоположных предикатов.

г. Язык и реальность

Понятно, что в рамках своей образовательной программы софисты уделяли большое внимание силе речи ( логотипов ). Логос — это общеизвестно трудный для перевода термин, который может относиться к мысли и тому, о чем мы говорим и думаем, а также к рациональной речи или языку. Софистов особенно интересовала роль человеческого дискурса в формировании реальности. Риторика была центральным элементом учебной программы, но литературная интерпретация произведений поэтов также была основным продуктом софистического образования.Некоторые философские последствия софистического отношения к речи рассматриваются в разделе 4, но в текущем разделе поучительно сосредоточиться на описании Горджиаса силы риторических логотипов .

Сохранившиеся фрагменты, приписываемые историческим Горгиям, указывают не только на скептицизм по отношению к сущностному существу и нашему эпистемологическому доступу к этому предполагаемому царству, но и на утверждение всемогущества убедительных логосов , чтобы заставить естественный и практический мир соответствовать человеческим желаниям.Сообщая о речи Горгия О несуществующем или о природе , Секст говорит, что ритор, приняв иной подход, чем Протагор, также устранил критерий (DK, 82B3). Устранение критерия означает отказ от стандарта, который позволил бы нам четко различать знание и мнение о бытии и природе. В то время как Протагор утверждал, что человек является мерой всех вещей, Горгий сосредоточился на статусе истины о бытии и природе как дискурсивной конструкции.

О несуществующем или о природе нарушает предписание Парменида о том, что нельзя сказать, что это такое, чего нет. Используя серию условных аргументов в манере Зенона, Горгиас утверждает, что ничего не существует, что если оно действительно существовало, то не могло быть воспринято, а если оно было задержано, то не могло быть сформулировано в логотипах . Сложная пародия демонстрирует парадоксальный характер попыток раскрыть истинную природу существ через логотипов :

Для того, что мы раскрываем, это логотипов , но логотипов не является субстанциями и существующими вещами.Поэтому мы не раскрываем нашим товарищам существующие вещи, а логотипов , которые не являются субстанциями (DK, 82B3)

Даже если бы познание существ было возможно, его передача в логотипах всегда была бы искажена разрывом между субстанциями и нашим восприятием и сообщением о них. Горгиас также предполагает, даже более провокационно, что, поскольку речь является средством, с помощью которого люди выражают свое восприятие мира, логотипов не вызывает воспоминаний о внешнем, а скорее внешнее — это то, что раскрывает логотипов .Понимание логотипов о природе как конституирующем, а не описательном здесь поддерживает утверждение о всемогуществе риторического опыта. Отчет Горгиаса предполагает, что нет знания о природе sub specie aeternitatis , и наше понимание реальности всегда опосредовано дискурсивными интерпретациями, которые, в свою очередь, подразумевают, что истина не может быть отделена от человеческих интересов и требований власти.

В Encomium to Helen Gorgias упоминает логотипов как могущественного мастера (DK, 82B11).Если бы люди знали прошлое, настоящее или будущее, они не были бы вынуждены принимать непредсказуемые мнения в качестве своих советников. Бесконечные споры астрономов, политиков и философов демонстрируют, что ни один логотип не является окончательным. Человеческое незнание несуществующей истины, таким образом, можно использовать с помощью риторического убеждения, поскольку люди желают иллюзии уверенности, сообщаемой устным словом:

Воздействие логотипов на состояние души сравнимо с властью наркотиков над природой тел.Ибо, как разные лекарства рассеивают разные выделения из организма, одни приносят конец болезням, а другие — к жизни, так и в случае logoi одни неприятности, другие радуют, одни вызывают страх, другие делают слушателей смелыми и какой-то наркотик и заколдовать душу своего рода злым уговором (ДК, 82В11).

Все, кто уговаривал людей, говорит Горджиас, делают это, вылепливая фальшивые логотипы . В то время как другие формы власти требуют силы, логотип делает всех желающих подчиненными.

Это описание связи между убедительной речью, знанием, мнением и реальностью в целом согласуется с описанием ритора Платоном в Gorgias . И релятивизм Протагора, и рассказ Горджиаса о всемогуществе логотипов наводят на мысль о том, что мы, современные люди, могли бы назвать дефляционным эпистемическим антиреализмом.

4. Различие между философией и софистикой

Различие между философией и софистикой само по себе является сложной философской проблемой.В этом заключительном разделе исследуется попытка Платона провести четкую демаркационную линию между философией и софистикой.

Как упоминалось выше, термины «философ» и «софист» оспаривались в пятом и четвертом веках до н. Э., Став предметом спора между соперничающими школами мысли. Истории философии, как правило, начинаются с ионийского «физика» Фалеса, но досократики называли деятельность, которой они занимались, историей (исследование), а не философией ; Представление о том, что философия начинается с Фалеса, восходит к середине девятнадцатого века.Платон первым ясно и последовательно ссылается на деятельность философии , и многое из того, что он говорит, лучше всего понимается в терминах явного или неявного контраста с конкурирующими школами софистов и Исократа (который также претендовал на титул Философия за его риторическую образовательную программу).

Связанные с этим вопросы о том, что такое софист и как мы можем отличить философа от софиста, были очень серьезно восприняты Платоном. Он также признает сложность, присущую поиску этих вопросов, и, возможно, показательно, что диалог, посвященный задаче Sophist , завершается дискуссией о бытии небытия.Сократ беседует с софистами в книгах Euthydemus , Hippias Major , Hippias Minor , Gorgias , Protagoras и Republic и подробно обсуждает софистов в Apology , 000 Sophist. Теэтет . Таким образом, можно утверждать, что поиск софизма и различия между философией и софистикой являются не только центральными темами платоновских диалогов, но и составляют основу самой идеи и практики философии, по крайней мере, в ее первоначальном смысле, сформулированном Платоном.

Этот момент был признан недавними постструктуралистскими мыслителями, такими как Жак Деррида и Жан Франсуа-Лиотар, в контексте их проекта по подверганию сомнению центральных предпосылок западной философской традиции, происходящей от Платона. Деррида нападает на нескончаемый суд над софистами, проводимый Платоном с целью эксгумации «концептуальных памятников, обозначающих линии битвы между философией и софистикой» (1981, 106). Лиотар считает, что софисты обладают уникальным пониманием того, в каком смысле дискурсы о том, что есть, просто не могут выйти за пределы области мнений и прагматических языковых игр (1985, 73–83).

Перспективы установления четкого методологического разрыва между философией и софистикой невелики. Помимо соображений, упомянутых в разделе 1, было бы ошибочным утверждать, что софисты не интересовались истиной или подлинным теоретическим исследованием, а Сократ явно виновен в ошибочных рассуждениях во многих платоновских диалогах. Фактически, в Sophist Платон подразумевает, что сократовская техника диалектического опровержения представляет собой своего рода «благородную софистику» (Sophist , 231b).

Это в значительной степени объясняет, почему современные исследования различия между философией и софистикой имеют тенденцию сосредотачиваться на различии в моральных качествах. Нехамас, например, утверждал, что «Сократ отличался от софистов не по методам, а по общей цели» (1990, 13). Нехамас связывает эту общую цель с Socratic elenchus , предполагая, что отказ Сократа от знания и способности учить aretē отдаляет его от софистов.Однако такой способ разграничения практики Сократа от практики его софистических коллег, утверждает Нехамас, не может оправдать более позднее платоновское различие между философией и софистикой, поскольку Платон утратил право поддерживать это различие после того, как разработал предметное философское учение, а именно: , теория форм.

Нет сомнений в большой правоте в утверждении, что Платон и Аристотель изображают философа, ведущего другой образ жизни, чем софист, но сказать, что Платон определяет философа либо через различие в моральных целях, как в случае Сократа или метафизическое предположение относительно существования трансцендентных форм, как в его более поздних работах, само по себе неадекватно характеризует критику Платоном его современников-софистов.Как только мы обратим внимание на собственную трактовку Платоном различия между философией и софистикой, быстро станут ясны две темы: корыстный характер софистов и их переоценка силы слова. По крайней мере, для Платона эти два аспекта софистического образования говорят нам кое-что о персоне софиста как воплощении особого отношения к знанию.

Тот факт, что софистов обучают ради прибыли, не может показаться возражением современным читателям; большинство современных университетских профессоров не хотят преподавать pro bono .Однако для Платона это явно серьезная проблема. Платон едва ли может упомянуть софистов без пренебрежительного упоминания о корыстном аспекте их профессии: особенно показательные примеры пренебрежения Платоном к изощренному зарабатыванию денег и жадности можно найти в Apology 19d, Euthydemus 304b-c, Hippias Major 282b -e, Protagoras 312c-d и Sophist 222d-224d, и это не исчерпывающий список. Частично проблема здесь, несомненно, в приверженности Платона образу жизни, посвященному знанию и созерцанию.Примечательно, что от студентов Академии, возможно, первого высшего учебного заведения, не требовалось платить за обучение. Однако это только часть истории.

Хорошей отправной точкой является рассмотрение этимологии термина Философия , предложенная в Phaedrus и Symposium . Завершив свою палинодию в Phaedrus , Сократ выражает надежду, что он никогда не будет лишен своего «эротического» искусства. В то время как спичрайтер Лисий представляет er (желание, любовь) как неприличную трату расходов ( Phaedrus , 257a), в своей более поздней речи Сократ демонстрирует, как er побуждают душу подняться к формам.Последователи Зевса, или философии, предлагает Сократ, обучают цель своих или подражанию и участию в путях Бога. Точно так же в Симпозиуме Сократ ссылается на исключение из своего невежества. Одобряя предположение Федра о том, что пьяницы восхваляют или , Сократ заявляет, что ta erōtika (эротические вещи) — единственный предмет, в отношении которого он утверждал бы, что обладает строгими знаниями ( Symposium , 177 d-e).Когда наступает его очередь произнести речь, Сократ сетует на свою неспособность конкурировать с риторикой Агафона под влиянием Горгия перед тем, как преподавать уроки Диотимы на или годах, представленных как даймонион или полубожественный посредник между смертным и божеством. . Erōs , таким образом, представлен как аналог философии в ее этимологическом смысле, стремление к мудрости или завершению, которое может быть осуществлено только временно в этой жизни посредством созерцания форм прекрасного и добра (204a-b).Философ — это тот, кто стремится к мудрости — друг или любитель мудрости, а не тот, кто обладает мудростью как готовым продуктом, как утверждали софисты и как следует из их названия.

Упор Платона на философию как на «эротическую» деятельность стремления к мудрости, а не как на завершенное состояние завершенной мудрости, в значительной степени объясняет его отвращение к софистическому зарабатыванию денег. Софисты, согласно Платону, считали знания готовым продуктом, который можно было продавать без дискриминации всем желающим. Theages , сократовский диалог, авторство которого оспаривают некоторые ученые, но который выражает чувства, согласующиеся с другими платоническими диалогами, подчеркивает этот момент с особой ясностью. Фермер Демодок привел к Сократу своего сына Теага, жаждущего мудрости. Когда Сократ спрашивает своего потенциального ученика о том, какой мудрости он ищет, становится очевидным, что Теаги ищут власти в городе и влияния на других людей. Поскольку Теадж ищет политической мудрости, Сократ отсылает его к государственным деятелям и софистам.Отрицая свою способность конкурировать с опытом Горгия и Продика в этом отношении, Сократ, тем не менее, признает свое знание эротических вещей, предмета, о котором он, как он утверждает, знает больше, чем любой человек, который приходил раньше, или кто-либо из тех, кто придет ( Theages , 128b). В ответ на предложение учиться у софиста Теаги раскрывает свое намерение стать учеником Сократа. Возможно, не желая брать на себя бесперспективного ученика, Сократ настаивает на том, что он должен следовать командам своего даймониона , который определит, смогут ли те, кто с ним общаться, добиться каких-либо успехов ( Theages , 129c).Диалог заканчивается соглашением о том, что все стороны проведут испытание daimonion , чтобы узнать, разрешает ли он объединение.

Достаточно последовать предложению Симпозиума о том, что erōs — это daimonion , чтобы увидеть, что сократовское образование, представленное Платоном, сопровождается своего рода «эротическим» интересом к прекрасному и хорошему, как считается. как естественный в отличие от чисто обычного. В то время как софисты принимают учеников без разбора, при условии, что у них есть деньги, чтобы платить, Сократ руководствуется своим желанием взрастить прекрасное и хорошее в многообещающих натурах.Короче говоря, разница между Сократом и его современниками-софистами, как предполагает Ксенофонт, — это разница между любовником и проституткой. Софисты, для Сократа Ксенофонта, являются проститутками мудрости, потому что они продают свои товары любому платежеспособному ( Memorabilia , I.6.13). Этим — несколько парадоксально — объясняется бесстыдство Сократа по сравнению со своими современниками-софистами, его готовность следовать аргументам, куда бы они ни вели. Напротив, Протагор и Горгий показаны в диалогах, носящих их имена, как уязвимые для общепринятых мнений платящих отцов своих учеников, слабость, способствующая их опровержению.Таким образом, Платон характеризует софистов как подчиненных стремление к истине мирскому успеху, что, возможно, напоминает деятельность современных руководителей рекламы или консультантов по менеджменту.

Переоценка силы человеческой речи — еще одна тема, которая ясно вытекает из критики софистов Платоном (и Аристотелем). В Sophist Платон говорит, что диалектика — разделение и сбор по родам — ​​это знание, которым обладает свободный человек или философ ( Sophist , 253c).Здесь Платон вновь вводит различие между истинной и ложной риторикой, упомянутое в Phaedrus , согласно которому первая предполагает способность видеть единого во многих ( Phaedrus , 266b). Платон утверждает, что способность разделять и синтезировать в соответствии с одной формой требуется для истинного мастерства логотипов . Что бы еще ни рассматривал Платон в отношении нашего познания форм, он явно включает понимание более высокого уровня бытия, чем чувственное восприятие и речь.Таким образом, философ считает рациональную речь ориентированной на подлинное понимание бытия или природы. Платон, напротив, утверждает, что софист занимает царство лжи, используя трудности диалектики, создавая дискурсивные подобия или фантазмы истинного бытия ( Sophist , 234c). Софист использует силу убедительной речи для конструирования или создания образов мира и, таким образом, является своего рода «чародеем» и имитатором.

Этот аспект платоновской критики софистики кажется особенно уместным в отношении риторики Горгия, как в платоническом диалоге, так и в сохранившихся фрагментах, приписываемых историческим Горгиям.Отвечая на вопросы Сократа, Горгиас утверждает, что риторика — это всеобъемлющая сила, которая удерживает в себе все другие виды деятельности и занятия ( Gorgias , 456a). Позже он утверждает, что речь идет о величайшем благе для человека, а именно о тех речах, которые позволяют человеку достичь свободы и управлять другими, особенно, но не исключительно, в политической обстановке (452d). Как было сказано выше, в контексте афинской общественной жизни способность убеждать была предпосылкой политического успеха.Однако для настоящих целей ключевым моментом является то, что свобода и господство над другими являются формами власти: соответственно, власть в смысле свободы или способность что-то делать, что предполагает отсутствие соответствующих ограничений, и власть в смысле господства. над другими. Горгиас предполагает, что риторика, как опыт убедительной речи, является источником силы в самом широком смысле и что сила — это «добро». Здесь мы имеем утверждение всемогущества речи, по крайней мере, в отношении определения человеческих дел.

Позиция Сократа, как становится ясно позже в дискуссии с Полусом (466d-e), а также предлагается в Meno (88c-d) и Euthydemus (281d-e), заключается в том, что сила без знания хорошо — не совсем хорошо. Без таких знаний не только «внешние» блага, такие как богатство и здоровье, не только области знаний, которые позволяют получить такие так называемые блага, но и сама способность их достигать бесполезна или вредна. Это в значительной степени объясняет так называемый сократовский парадокс, согласно которому добродетель — это знание.

Критика Платоном переоценки софистами силы речи не должна смешиваться с его приверженностью теории форм. Для Платона софист сводит мышление к разновидности творчества: утверждая всемогущество человеческой речи, софист уделяет недостаточно внимания естественным ограничениям человеческого знания и нашему статусу ищущих, а не обладателей знания ( Sophist , 233d). Эта критика софистов, возможно, требует минимальной приверженности к различию между явлением и реальностью, но было бы чрезмерным упрощением предполагать, что различие Платона между философией и софистикой опирается на существенную метафизическую теорию, в значительной степени потому, что мы знаем формы для Платон сам по себе этичен.Платон, как и его Сократ, отличает философа от софиста прежде всего через добродетели души философа (McKoy, 2008). Сократ — воплощение моральных добродетелей, но любовь к формам также имеет последствия для характера философа.

Есть еще один этический и политический аспект платонической и аристотелевской критики переоценки софистами силы слова. В десятой книге «Никомахова этика » Аристотель предполагает, что софисты, как правило, сводили политику к риторике (1181a12-15) и чрезмерно подчеркивали роль, которую может играть рациональное убеждение в политической сфере.Часть точки зрения Аристотеля состоит в том, что в хорошей жизни есть элемент, выходящий за рамки речи. Как красноречиво выразился Адо, цитируя греческие и римские источники, «традиционно людей, которые развивали явно философский дискурс, не пытаясь жить своей жизнью в соответствии со своим дискурсом и не опираясь на свой дискурс, исходящий из их жизненного опыта, называли софистами» (2004, с. 174).

Здесь поучительно свидетельство Ксенофонта, греческого полководца и человека действия. В своем трактате об охоте ( Cynēgeticus, 13.1-9), Ксенофонт хвалит Сократа над софистическим образованием в aretē не только на том основании, что софисты охотятся на молодых и богатых и обманывают, но и потому, что они люди слова, а не действия. Важность согласованности между словами и действиями для того, чтобы человек был по-настоящему добродетельным, является общим местом греческой мысли, и это одно из важных аспектов, в котором софисты, по крайней мере с точки зрения Платона-Аристотеля, не смогли этого сделать.

Можно подумать, что отрицание Платоновского разграничения между философией и софистикой остается хорошо мотивированным просто потому, что исторические софисты внесли подлинный вклад в философию.Но это не влечет за собой незаконность различения Платона. Как только мы осознаем, что Платон указывает в первую очередь на фундаментальную этическую ориентацию, относящуюся к соответствующим личностям философа и софиста, а не на методологическое или чисто теоретическое различие, напряжение исчезает. Это не отрицает того, что этическая ориентация софиста, вероятно, приведет к определенному виду философствования, а именно к тому, что пытается овладеть природой, человеческой и внешней, а не понимать ее как есть.

Софистика для Сократа, Платона и Аристотеля представляет собой выбор определенного образа жизни, воплощенный в особом отношении к знанию, которое рассматривает его как готовый продукт, который должен быть передан всем желающим. Различие Платона между философией и софистикой — это не просто произвольная точка зрения в споре о правах на имя, а, скорее, основано на фундаментальном различии в этической ориентации. Эта ориентация также не сводится к озабоченности истиной или убедительностью теоретических построений, хотя она и связана с ними.Чем философ отличается от софиста, так это выбором образа жизни, ориентированного на стремление к знанию как к благу само по себе, но при этом осознавая неизбежно временный характер этого стремления.

5. Ссылки и дополнительная информация

Переводы из собрания сочинений Купера издания Платона и издания софистов Спрага, если не указано иное. Приведенный ниже список литературы ограничен несколькими основными источниками; Читателям, желающим узнать больше о софистах, рекомендуется обратиться к превосходным обзорам Барни (2006) и Керферда (1981a) для получения более полного списка вторичной литературы.

а. Первоисточники

  • Аристофан, Облака, К.Дж. Довер (ред.), Оксфорд: Издательство Оксфордского университета. 1970.
  • Барнс, Дж. (Ред.). 1984. Полное собрание сочинений Аристотеля , Нью-Джерси: Издательство Принстонского университета.
  • Diels, H. 1951. Die Fragmente der Vorsokratiker . Берлин: Вайдман.
  • Купер, Дж. М. (ред.). 1997. Платон: Полное собрание сочинений . Индианополис: Хакетт.
  • Хадсон-Уильямс. Т. 1910. Theognis: Элегии и другие элегии, включенные в Theognideansylloge . Лондон: Дж. Белл.
  • Филлипс, А.А. and Willcock, M.M (ред.). 1999. Ксенофон и Арриан, Об охоте (Kynēgetikos) . Варминстер: Арис и Филлипс.
  • Sprague, R. 1972. Старые софисты . Южная Каролина: Университет Южной Каролины Press.
  • Xenophon, Memorabilia , пер. А.Л. Боннетт, Итака: Издательство Корнельского университета. 1994.

г.Вторичные источники

  • Барни Р. 2006. «Софистическое движение», в M.L. Гилл и П. Пеллегрен (ред.), A Companion to Ancient Philosophy , 77-97. Оксфорд: Блэквелл.
  • Гиберт, Дж. 2003. «Софисты». В С. Шилдсе (ред.), The Blackwell Guide to Ancient Philosophy , 27-50. Оксфорд, Блэквелл.
  • Guthrie, W.K.C. 1971. Софисты . Кембридж: Издательство Кембриджского университета.
  • Керферд, Г. 1981a. Софистическое движение .Кембридж: Издательство Кембриджского университета.
  • Керферд, Г. 1981b. Софисты и их наследие . Висбаден: Штайнер.
  • Sidgwick, H. 1872. «Софисты». Филологический журнал 4, 289.
  • Untersteiner, M. 1954. The Sophists .trans. К. Фриман. Оксфорд: Бэзил Блэквелл.

г. Другое чтение

  • Адкинс А. 1960. Заслуги и ответственность . Оксфорд: Clarendon Press.
  • Benardete, S.1991. Риторика морали и философии . Чикаго: Издательство Чикагского университета.
  • Bett, R. 1989. «Софисты и релятивизм». Phronesis 34, 139–69.
  • Bett, R. 2002. «Существует ли софистическая этика?» Ancient Philosophy , 22, 235-62.
  • Derrida, J. 1981. Dissemination , trans. Б. Джонсон. Чикаго: Издательство Чикагского университета.
  • Grote, G. 1904. История Греции, том 7 . Лондон: Джон Мюррей.
  • Hadot, P. 2004. Что такое античная философия? Кембридж: Издательство Кембриджского университета.
  • Харрисон, Э. 1964. «Был ли Горгий софистом?» Phoenix vol. 18.3.
  • Hegel, G.W.F. 1995. Лекции по истории философии , пер. E.S. Холдейн, Линкольн: Университет Небраски Press (оригинальная работа опубликована в 1840 году).
  • Ирвин, Т. 1995. «Возражения Платона софистам». В C.A. Пауэлл (ред.), Греческий мир , 568-87.Лондон: Рутледж.
  • Джаррат, С. 1991. Перечитывая софистов . Карбондейл: Пресса Южного Иллинойса.
  • Кан, Чарльз. 1983. «Драма и диалектика в« Горгиях Платона »» в Джулии Аннас (ред.) Oxford Studies in Ancient Philosophy vol. 1. Оксфорд: Clarendon Press.
  • Кеннеди, Г. 1963. Искусство убеждения в Древней Греции , Лондон: Рутледж и Кеган Пол.
  • Lyotard, J.F. and Thébaud, JL. 1985. Just Gaming , пер.В. Годзич. Миннеаполис: Университет Миннесоты Press.
  • Маккой, М. 2008. Платон о риторике философов и софистов . Кембридж: Издательство Кембриджского университета.
  • Нехамас, A. 1990. «Эристика, антилогия, софистика, диалектика: Платоновское разграничение философии из софистики». History of Philosophy Quarterly , 7, 3-16.
  • Уорди, Роберт. 1996. Рождение риторики: Горгий, Платон и их преемники . Лондон: Рутледж.

Информация об авторе

Джордж Дюк
Электронная почта: Джордж[email protected]
Университет Дикина
Австралия

Софизм — По движению / Школа

Софизм — ранняя досократическая школа философии Древней Греции . Это имя часто называют так называемым семи мудрецам 7-го и 6-го веков до нашей эры. Греции (см. Ниже), но также и для многих других ранних греческих философов, которых больше интересовали Сам человек и то, как он должен себя вести, чем большие вопросы о Вселенной.Однако это не четко очерченная школа или движение, а скорее свободных группировки единомышленников.

Термин «софизм» происходит от греческого «софос» или «софия» (что означает «мудрый» или «мудрость») и первоначально означал любой опыт в определенной области знаний или ремесла. После периода, когда оно в основном относилось к поэтам , это слово стало описывать общей мудрости и, особенно, мудрости о человеческих делах .Со временем он стал обозначать класс из странствующих интеллектуалов , которые преподавали курсы «совершенства» или «добродетели» (часто взимая за это высокую плату ), которые размышляли о природе языка и культуры, и которые использовали риторику для достижения своих целей (которая обычно заключалась в том, чтобы убедить или убедить других).

Софисты придерживались релятивистских взглядов на познания и знания (что не существует абсолютной истины или что две точки зрения могут быть приемлемы одновременно ), скептических взглядов на истину и мораль , и их философия часто содержала критики религии, права и этики.Многие софисты были такими же религиозными , как и большинство их современников, но некоторые придерживались атеистических или агностических взглядов. Типичные цитаты софистов включают: «Человек есть мера всего» (Протагор) и «Справедливость — не что иное, как преимущество сильного» ( Thrasymachus , c. 459 — 400 г. до н. Э.).

Софисты имели значительное влияние в свое время и были в основном уважаемыми . Как правило, это были странствующих учителя , которые принимали плату в обмен на обучение ораторскому искусству и риторике , и они подчеркивали практическое применение риторики в общественной и политической жизни.Их культурный и психологический вклад сыграл важную роль в росте демократии в Афинах, не в последнюю очередь через их риторическое учение , их принятие релятивизма и их либеральное и плюралистическое принятие других точек зрения. Софисты были также одними из первых юристов в мире , которые в полной мере использовали свои высокоразвитые навыки аргументации .

ранние софисты утверждали, что они могут найти ответов на все вопросы , которые, наряду с их практикой взимания гонораров и их вопросов о существовании и роли традиционных божеств , привели к популярным божествам. обида против софистов-практиков, идей и писаний.Некоторые писатели называют Сократа софистом, хотя в он был скрупулезен, не принимая никаких сборов и , не претендуя на высшей мудрости, а его самый выдающийся ученик Платон изображает Сократа как , опровергающего софистов в нескольких из своих «Диалоги» .

Именно Платон в значительной степени отвечает за современный взгляд на софиста как на жадного и стремящегося к власти инструктора, который использует риторическую ловкость рук и двусмысленность языка, чтобы обмануть , или в поддержку ошибочных рассуждений .Платон особенно пренебрежительно относился к Горгию, одному из самых известных и успешных ранних софистов. Считалось, что софизм способен извращать истину , потому что он подчеркивал практическую риторику , а не добродетель, и учил студентов аргументировать любую сторону вопроса. В большинстве случаев наше знание софистской мысли происходит от отрывочных цитат, которых не хватает контекста, многие из них от Аристотеля, который, как и его учитель Платон, пренебрежительно относился к софистам.

Во многом благодаря влиянию Платона и Аристотеля, философия стала рассматриваться как отличная от софизма, который постепенно стал синонимом практической дисциплины риторики , так что ко времени Римской империи Софист был просто учителем риторики или популярным оратором . Действительно, какое-то время софисты начали подвергаться преследованиям, , угрозам и даже убийствам. В своем в значительной степени уничижительном современном использовании , «софизм» (или «софистика») стал означать сбивающий с толку или нелогичный аргумент , используемый , чтобы кого-то обмануть , или просто философию или аргумент ради самого себя , пустой реальное содержание или ценность.

Семь мудрецов Древней Греции были семью мудрецами (философами, государственными деятелями и законодателями):

  • Фалес Милетский, известный своим изречением «Поручительство приносит гибель».
  • Солон Афинский (ок. 638 — 558 до н. Э.), Известный своим изречением «Познай самого себя».
  • Хилон Спартанский (6 век до н. Э.), Известный своим изречением «Не позволяйте языку опережать чувства».
  • Питтак из Митилены (ок.640 — 568 г. до н.э.), известного своим изречением «Знай свои возможности».
  • Уклон Приены (6 век до н. Э.), Прославившегося своим изречением «Все люди нечестивы».
  • Клеобул Линдосский (умер около 560 г. до н. Э.), Известный своим изречением «Умеренность безупречна».
  • Периандр Коринфский (7 век до н.э.), прославившийся своим изречением «Предвидение во всем».

Другими известными софистами являются Протагор, Горгий, Продик (ок.465 415 до н. Э.), Гиппий (ок. 460 — 399 до н. Э.), Фрасимах (ок. 459 — 400 до н. Э.), Ликофрон (3 век до н.э.), Калликл (5 век до н.э.), Антифон (ок. 480 — 411 г. до н.э.) и Кратил (5 век до н.э.).

Sophist | философия | Британника


Полная статья

Софист , любой из некоторых греческих лекторов, писателей и учителей в V и IV веках до н. Э., Большинство из которых путешествовали по грекоязычному миру, давая инструкции по широкому кругу предметов за плату.

История названия

Термин софист (греч. софист ) имел более раннее применение. Иногда говорят, что изначально он означал просто «умный» или «квалифицированный человек», но список тех, к кому греческие авторы применили этот термин в его более раннем смысле, делает вероятным, что он был более ограниченным по значению. Преобладают провидцы, прорицатели и поэты, и самые ранние софисты, вероятно, были «мудрецами» в древнегреческих обществах. Это могло бы объяснить последующее применение этого термина к Семи мудрецам (VII – VI века до н. Э.), Которые олицетворяли высшую раннюю практическую мудрость, и к досократовским философам в целом.Когда Протагора в одном из диалогов Платона ( Protagoras ) заставляют сказать, что, в отличие от других, он готов называть себя софистом, он использует этот термин в новом смысле слова «профессиональный учитель», но он также желает претендовать на преемственность с более ранними мудрецами как учителя мудрости. Платон и Аристотель, однако, снова изменили смысл, заявив, что профессиональные учителя, такие как Протагор, не искали истины, а только победы в дебатах, и были готовы использовать нечестные средства для ее достижения.Это породило чувство «придирчивый или ошибочный рассуждающий или придирчивый», которое остается доминирующим по сей день. Наконец, в Римской империи этот термин применялся к профессорам риторики, к ораторам и к прозаикам в целом, все из которых иногда рассматриваются как составляющие то, что сейчас называется Вторым софистическим движением ( см. Ниже Второе софистическое движение) .

Софисты V века

Сохранились имена почти 30 собственно так называемых софистов, наиболее важными из которых были Протагор, Горгий, Антифон, Продик и Фрасимах.Платон категорически возражал против того, что Сократ ни в коем случае не был софистом — он не брал никаких гонораров и его преданность истине не вызывала сомнений. Но со многих точек зрения его справедливо считают весьма особым членом движения. Фактическое число софистов было явно намного больше, чем 30, и в течение примерно 70 лет, до г. до н. Э. 380 г. до н.э., они были единственным источником высшего образования в более развитых греческих городах. После этого, по крайней мере в Афинах, они были в значительной степени заменены новыми философскими школами, такими как школы Платона и Исократа.Диалог Платона Протагор описывает нечто вроде конференции софистов в доме Каллия в Афинах незадолго до Пелопоннесской войны (431–404 гг. До н. Э.). Антимэрус из Менде, описанный как один из самых выдающихся учеников Протагора, получает там профессиональные инструкции, чтобы стать софистом, и ясно, что это уже был нормальный способ вступления в профессию.

Большинство крупных софистов не были афинянами, но они сделали Афины центром своей деятельности, хотя и постоянно путешествовали.Важность Афин, несомненно, была связана отчасти с большей свободой слова, преобладающей там, отчасти с покровительством таких богатых людей, как Каллиас, и даже с положительной поддержкой Перикла, который, как говорят, в своей работе вел длительные дискуссии с софистами. дом. Но в первую очередь софисты собирались в Афинах, потому что они обнаружили там наибольший спрос на то, что они могли предложить, а именно на обучение молодых людей, и степень этого спроса вытекала из характера политической жизни города.Афины были демократией, и хотя ее пределы были таковы, что Фукидид мог сказать, что ею правил один человек, Перикл, тем не менее, она давала возможности для успешной политической карьеры гражданам самого разного происхождения, при условии, что они могли произвести достаточно сильное впечатление на свою аудиторию. совет и собрание. После смерти Перикла этот путь стал дорогой к политическому успеху.

Перикл

Перикл, деталь мраморной гермы; в музее Ватикана.

Андерсон — Алинари / Art Resource, Нью-Йорк
Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту.Подпишитесь сейчас

Софисты учили людей говорить и какие аргументы использовать в публичных дебатах. К софистическому образованию все чаще прибегали как члены самых старых семей, так и начинающие новички, не имевшие поддержки со стороны семьи. Из-за меняющейся модели афинского общества традиционные взгляды во многих случаях перестали быть адекватными. Критика такого отношения и замена их рациональными аргументами особенно привлекали молодых людей и объясняли яростное отвращение, которое они вызывали у традиционалистов.Платон считал, что нападки софистов на традиционные ценности по большей части несправедливы и необоснованны. Но даже он научился, по крайней мере, одному у софистов — если старые ценности нужно защищать, это должно быть аргументировано, а не апеллированием к традициям и безразличной вере.

С этой точки зрения софистическое движение выполняло важную функцию в афинской демократии в V веке до нашей эры. Он предлагал образование, призванное способствовать успеху в общественной жизни.Похоже, что все софисты обучали риторике и искусству речи, а софистическое движение, ответственное за большие успехи в теории риторики, внесло большой вклад в развитие стиля в ораторском искусстве. В наше время иногда высказывается мнение, что это было единственной заботой софистов. Но круг тем, которыми занимаются главные софисты, делает это маловероятным, и даже если успех в этом направлении был их конечной целью, используемые ими средства, несомненно, были в той же степени косвенными, как и прямыми, поскольку учеников обучали не только искусству говорящий, но грамматический; в природе добродетели ( aretē ) и основах нравственности; в истории общества и искусства; в поэзии, музыке и математике; а также в астрономии и физических науках.Естественно, от Sophist к Sophist баланс и акцент были разными, и некоторые из них предлагали более широкие учебные программы, чем другие. Но это был индивидуальный вопрос, и попытки прежних историков философии разделить софистическое движение на периоды, в которые менялась природа наставлений, теперь потерпели неудачу из-за отсутствия доказательств. Софисты 5-го века открыли метод высшего образования, который по своему диапазону и методам предвосхитил современный гуманистический подход, возникший или возродившийся в период европейского Возрождения.

Адвокат дьявола — восстание современного софиста! | Ашутош Джайн | Мысли и идеи

markmartinezshow.blogspot.com

Софизм мертв! Да здравствует софизм !!
Первые софисты, возможно, жили в V веке до нашей эры, но было бы большой ошибкой предполагать, что софизм мертв. Напротив, сегодня популярная современная культура больше, чем когда-либо, пропитана идеями софистов.

В грекоязычном мире 5-го века, особенно в Афинах, софисты были путешествующими интеллектуалами, которые учили «Arête» (совершенству или добродетели) любого, кто мог заплатить правильную плату.Они не были школой философов, они не изобретали и не следовали какой-либо системе философии, но они преуспели в искусстве логических аргументов: «Диалектика» и в искусстве убедительной речи: « Риторика» .

Софисты были великолепными ораторами, ораторами и наемниками!
Эти харизматичные люди, совершенно игнорирующие мораль или этику, поразили всех своими умными, но обычно ошибочными аргументами.Они заработали репутацию ловцов толпы, способных убедить любого, что хорошее может быть плохим или наоборот, или даже тот день был ночью!

Знаменитый случай «Коракса и Тисия»…

Коракс , учитель риторики в Сиракузах, Сицилия, около 476 г. до н.э. подал в суд на своего ученика, Тисиас , за неоплату за обучение.

В суде Тисиас утверждал, что он не должен платить, независимо от результата, потому что:

Либо он докажет свою правоту, и, следовательно, не должен будет платить в результате победы в иске; или он проиграет костюм, и это будет доказательством того, что Corax не научил его достаточно хорошо, чтобы заслужить оплату за обучение.

Коракс утверждал, что ему следует заплатить, независимо от результата, потому что:

Если он выиграет иск, то суд потребует, чтобы ему заплатили, и если он проиграет иск, это будет доказательством того, что он учил Tisias достаточно хорошо, чтобы победить его, и поэтому он заслуживает выплаты гонорара.

Кто прав?

Судья презрительно покачал головой и постановил: «Mali corvi, mali ovum». — Одна плохая вещь (плохая ворона, malus corvus ) может порождать только что-то еще плохое (плохое яйцо, malum ovum ).

В конце концов, их отношение, вкупе с недобросовестным стремлением к богатству, привело к массовому негодованию против софистов и их идей. С появлением таких философов, как Сократ, Платон и Аристотель, они медленно канули в Лету и исчезли.
1 век нашей эры стал свидетелем очень недолгого возрождения софизма, известного как «Второй софизм».

Итак, предполагалось, что после этого софизм умер бесцеремонной смертью. Но ко всеобщему удивлению, подпитываемая капиталистическим обществом и рыночным высшим образованием, Sophistry восстала как феникс из пепла.
Как описано в статье Джанана Ганеша в Financial Times, , элитные профессии в современном обществе — юристов и консультантов по менеджменту, политических советников и руководителей рекламы, специалистов по связям с общественностью и даже некоторых типов инвестиционных банкиров: все торговать на одно и то же умение Софистика!

любезно предоставлено сервисом мультфильмов Glasbergen

В современном обществе юристы являются настоящими современными софистами — спорами по найму.А суд — их поле битвы, где они пытаются затмить друг друга в ослепительном шоу софистики! Юрист даже по закону обязан аргументировать как можно убедительнее в интересах своего клиента, независимо от его или ее невиновности!

любезно предоставлено: карикатуры Микки Баха

Как мы все знаем, наши политики проводят большую часть своего времени, исполняя софистику, «продавая себя». Чаще всего каждый политик вынужден прибегать к словесным нападкам с дикими обвинениями, слухами и инсинуациями против своих конкуренты, убедительная реклама, политтехнолог и контроль ущерба в его или ее карьере.

Рекламный мир выделяется софистикой! Задача рекламодателя — убедить публику тратить деньги на свою продукцию. В то время как некоторые рекламодатели полагаются даже на откровенную ложь и мошенничество, большинство из них просто полагаются на убеждение, как истинные софисты.

любезно предоставлено Patheos.com: факторы, питающие религиозный фундаментализм

Современная история полна примеров, когда секта клевещет на конкурирующую группу с помощью риторики и пропаганды. Даже сегодня многие религиозные группы получают власть и даже культурное одобрение посредством ложной пропаганды, направленной на убийство или пытки тех, кто оскорбляет их религиозные чувства.

«Свобода слова больше не считается процедурой установления истины. Это софистика, которую сегодня беззастенчиво используют для пропаганды, лоббирования и продаж, чтобы обманывать ближних, обманывать, обманывать или воровать карманы ». (Вальтер Липпман, Очерки общественной философии, 1955)

«Эдвард Луи Бернейс», австрийско-американский софист, которого называют «отцом связей с общественностью» был назван одним из 100 самых влиятельных американцев 20 века по версии журнала Life.Софисту нового века удалось манипулировать общественным мнением во всем мире . Он переименовал практику софистики в «пропаганду», а затем в «связи с общественностью». Министр пропаганды Гитлера использовал книгу Бернейса в качестве основного ориентира для создания культа личности вокруг фюрера для формирования общественного мнения!

Он создал множество успешных рекламных кампаний, используя ложные аргументы, и помог сформировать многие важные события 20 века с помощью софистики; заставлять иллюзорное казаться тем, чем оно не было, и продавать людям их собственную смерть и разрушение.

В современном мире высоких технологий влияние софистов достигло поразительных высот; теперь в их распоряжении безграничные инструменты. СМИ — самые сильные из них! Телевидение и Интернет наполнены сомнительными источниками, которые на первый взгляд кажутся честными и заслуживающими доверия, но обычно имеют скрытые намерения. «Фейковые новости» веб-сайтов специально нацелены на распространение дезинформации с конечной целью пропаганды определенной точки зрения или политической повестки дня.
Политические партии, президенты, полиция, корпорации и даже религиозные группы нанимают агентов для организации пресс-конференций для средств массовой информации, дающих положительный отчет об их действиях и политике. Эти « политтехнологов» практикуют софистику, чтобы обмануть публику, потому что убедить людей принять вашу версию истины лежит в основе «Диалектика» и « Риторика» .

Зло, которое все считали побежденным и уничтоженным, восстало снова: сильнее и свирепее, чем раньше.

Хороший аргумент не может основываться на ложных предпосылках! Общество должно проснуться и признать софистов новой эры и относиться к ним как к лжецам. Потому что эти люди — не что иное, как мошенники и лжецы, наводняющие наши мысли идеями, чтобы заставить нас действовать так, чтобы их клиентов могли извлечь выгоду.
Может быть, «убеждение» и «риторика» или даже основная идея «аргументации» первоначального софизма не были плохими, но софисты давно злоупотребляли своей способностью убедительно манипулировать людьми и добиваться своего за счет реальности и правды!

Будем выбирать внимательно! Мы должны измениться как общество и принять тот факт, что цветочный язык и Харизма — это только покров, а не суть.Возможно, если бы мы могли научиться не обращать внимания на это привлекательное прикрытие пропаганды и убеждения и немного глубже вникнуть в моральную и этическую сущность вещей, то, возможно, поступая так, мы избежали чар софистов!

Подпишитесь на Мысли и идеи на Facebook: facebook.com/gotitsandideas1

Софистика: определение и примеры — видео и стенограмма урока

Что такое софизмы?

софизм — это ложное утверждение, которое имеет видимость правды.Не все ложные утверждения — софизмы; только те, которые, кажется, следуют строгой логике рассуждений, но приходят к неверным выводам. Чтобы лучше понять, как устроен софизм и как он обнаруживается, давайте рассмотрим пример логического рассуждения.

Греки структурировали логические рассуждения в терминах предпосылок и выводов. Предпосылки — это утверждения, сделанные до заключения и приводящие к нему. Вывод — это окончательное утверждение, которое содержит истину или подтверждение, к которому пришли.

Например:

  1. У всех млекопитающих теплая кровь. (Это предпосылка.)
  2. Люди — млекопитающие. (другая посылка)
  3. Следовательно, у людей теплая кровь. (Это вывод.)

Это пример структурированного рассуждения, ведущего к верному выводу. Однако структурированные рассуждения также могут привести к ложным выводам. Софисты были очень умны в формулировках утверждений, которые казались правдой, но не соответствовали действительности. Иными словами, они сформулировали софизмы, рассуждения, которые кажутся правильными, но имеют ложные выводы.

Примеры софистики

Великий философ Аристотель в своей книге Софистические опровержения дал нам ключ к выявлению ложных рассуждений. Давайте посмотрим на них по очереди:

1. Софистика случайного происшествия

Этот тип ошибочных рассуждений случается, когда мы делаем поспешные обобщения и не принимаем во внимание возможные исключения. Например:

  1. Проезд на красный свет является нарушением.
  2. Машины скорой помощи проезжают на красный свет.
  3. Следовательно, машины скорой помощи допускают нарушения.

Мы ясно видим, что вывод «машины скорой помощи совершают правонарушения» — ложный. Это связано с тем, что мы не учли исключения из общего правила.

2. Софистика неуместного заключения

Этот тип софизма возникает, когда сделанный вывод может быть верным, но не имеет ничего общего с предпосылками, ведущими к нему. Например:

  1. Джон зарабатывает очень мало денег своей работой.
  2. Джон хороший парень; он тоже очень милый и очень красивый.
  3. Итак, Джон должен зарабатывать больше денег на своей работе.

Может оказаться, что все три предложения верны, но получение большего или меньшего количества денег не зависит от факторов, указанных во втором предложении. Вывод не имеет значения. Этот тип рассуждений часто используется в политике и рекламе и иногда бывает успешным, потому что он опирается на эмоциональные факторы, а не на логические.

3.Софистика многих вопросов в одном

Этот тип софизма возникает, когда мы объединяем множество вопросов в один, который предполагает что-то недоказанное. Например:

Мужчина находится под следствием и обвиняется в грабеже. Прокурор спрашивает его: «Так вы все еще грабите банки?»

Ответит ли мужчина на этот вопрос да или нет , он признает, что грабил банки в прошлом. Этот вопрос является софизмом, потому что он объединяет два вопроса в один: «Вы грабили банки в прошлом?» И «Вы все еще грабите банки?». Объединенный вопрос принимает как должное, что в какой-то момент человек ограбил банк, но не доказывает это предположение.

Резюме урока

Хорошо, давайте рассмотрим то, что мы узнали. Мы видели, кем были софисты и как их имя стало использоваться в отрицательном смысле. Мы специально узнали, что софиста, преподавали философию старых мастеров, но они считали, что истина и добро являются предметом мнений. По тем же причинам термин софизм стал обозначать ложный аргумент, который кажется истинным. Этот неправильный способ рассуждения называется софистикой .

Это во многом связано с утверждениями древних греков. Греки структурировали логические рассуждения в терминах посылок и выводов , причем первые представляют собой утверждения, сделанные до вывода и склоняющиеся к нему, а вторые являются окончательными утверждениями, которые содержат истины или утверждения, которые Приснились.

Мы видели, вслед за Аристотелем, три наиболее частых примера софистики:

  • Случайность: это основано на поспешных обобщениях, которые не принимают во внимание возможные исключения.
  • Нерелевантный вывод: это ошибочное рассуждение, которое возникает, когда мы считаем, что нерелевантные факторы являются фундаментальными; это тип эмоционального, а не логического рассуждения.
  • Многие вопросы: это основано на объединении многих вопросов в один, который ложно предполагает ответ.

Софизм в философии

Софизм — это философская школа, возникшая и существовавшая в Древней Греции. Школа относится к досократическому времени и больше похожа на группу людей с похожими взглядами, чем на определенно сложившуюся школу.

Термин «софизм» связан с греческим «София» или «Софос» и означает мудрость. Изначально это связано с какой-либо компетенцией в конкретной области знаний. После того, как его использовали поэты, он стал характеризовать общую мудрость и, в частности, мудрость, связанную с человеческими взаимодействиями. По прошествии определенного периода времени этим термином стали называть класс блуждающих интеллектуалов, которые предлагали возможность изучать «совершенство» и те аспекты языка, которые позволяют убедить кого-то достичь цели общения.

Софисты имели особое отношение к познанию и познанию, а их взгляды были релятивистскими. Они заявили, что абсолютной истины не существует, и если какая-либо идея имеет два пункта, каждый из них может быть приемлемым. Кроме того, их учение скептически относится к морали и истине и включает критику этики, религии и закона. Однако у них не было определенного взгляда на религию. Многие из них были религиозными, а другие выражали атеистические взгляды.Самая распространенная софистическая цитата принадлежит Протагору и гласит: «Человек есть мера всех вещей».

Софисты пользовались авторитетом среди своих современников и пользовались благосклонностью окружения. Большинство из них бродили и выживали благодаря данному классу ораторского искусства и риторики. Их участники в культурной и философской жизни повлияли на развитие демократии в Греции. Это сильно связано не только с их риторическими классами, но и с их либеральной позицией в отношении других точек зрения и принятия релятивизма.Кроме того, их можно назвать первыми в мире юристами, обладающими наибольшими способностями убеждать и аргументировать.

Некоторые из новичков философской школы софизма заявили, что они могут найти ответ на любой вопрос. Однако один из самых известных деятелей, Сократ, никогда не делал таких заявлений об абсолютной мудрости и известен тем, что принципиально не принимает плату за свое обучение. Его ученик Платон иллюстрировал Сократа человеком, опровергающим софизм.

Смысл учения софизма был сокрыт в споре о каждой точке зрения и поиске противоположных сторон мнения. К сожалению, современные люди мало что могут знать о своих дебатах, поскольку до сих пор не существует полного текста. Мы можем рассмотреть лишь несколько цитат без контекста, и большинство из них принадлежит Аристотелю, ученику Платона.

Развивая и принимая влияние Платона и Аристотеля, софизм несколько отличался от более ранней школы, и когда появилась Римская империя, софист был оратором или учителем риторики.Позднее софисты подвергались гонениям и терпели от общественности много страданий. Среди других популярных и известных софистов можно найти такие имена, как Протагор, Продик, Гиппий, Ликофрон, Калликл, Антифон и другие, которые оказали огромное влияние на культуру.

Софизмы, философия для детей образовательных приложений

Софизмы, философия для детей образовательных приложений

Имя:
______________________________________ Тема: _______________________ Дата:
_______

Напишите на
правая сторона чего не хватает.

1. Заблуждения и софизмы

Иногда бывает трудно найти правду или отличить правдивые аргументы от ложных на телевидении или в других средствах массовой информации.

Заблуждение — это когда аргумент кажется правильным, но это не так.

Софизм — это заблуждение, которое пытается нас обмануть.

Платон сказал, что софисты были мастерами в том, чтобы показывать ложные аргументы как истинные, а истинные — как ложные. Софизм — это ложный аргумент, замаскированный под истинный, с намерением обмануть нас.

Большое количество ошибок связано с неоднозначным или непонятным значением некоторых слов.


2. Комментарий

ХУАН: Не только на телевидении лживые аргументы, но также и в газетах и ​​на радио.

МАРА: В рекламе говорится, что одно мыло самое лучшее, хотя есть и другие, которые также могут быть не хуже первого.

ХУАН: Софисты лгали, пытаясь им поверить или продать определенный продукт.

МАРА: Эти заблуждения и софизмы не новы, потому что они были обнаружены Платоном две тысячи лет назад.

A. ТЕСТ НА Понимание. Выберите правильный ответ: а, б, в.

.


1. В ТВ некоторые люди

а.
не говори правду
б. всегда говори правду
c. всегда лежит


2. Какой аргумент кажется правильным, но на самом деле это не так?

а.паралогизм
б. софизм
c. заблуждение

3. Заблуждение, которое намеревалось обмануть, — это

а.
паралогизм
б. софизм
c. заблуждение

4. Кто рассказал нам о софистах?

а.Сервантес
б. Мигель Делибес
ок. Платон

5. Звонит специалист по представлению ложных аргументов, как если бы они были правдой.

а.
софист
б. публицист
c. журналист

6. Ошибки совершаются, если произносятся слова со значением

а.правда
б. неоднозначный
c. определенный

3. Примеры софизмов

Иногда правду критикуют, дискредитируя того, кто ее защищает. Нацисты дискредитировали работы Эйнштейна по физике, сочтя их еврейской мыслью

В других случаях причину или аргумент можно защитить престижем или репутацией кого-либо. В рекламе качество рыночного продукта основывается на известном лице, которое его продает.

В избирательных кампаниях некоторые политики используют демагогию или софизмы, чтобы подбодрить людей и получить их голоса. Они обещают убедить людей, даже если знают, что не добьются этого.

4. Комментарий

МАРА: Когда мальчик говорит правду, а другие не спорят, он может оскорбить его и сказать: это глупо, и ты слишком глупый

ХУАН: Политики также дисквалифицируют и оскорбляют своих соперников, чтобы отрицать их аргументы.

МАРА: Я думаю, что Эйнштейн был великим ученым и мудрым человеком, еврей он или нет.

ХУАН: В некоторых рекламных объявлениях автомобиль считается лучшим, потому что он представлен известным лицом или известным спортсменом. Он может быть хорошим профессионалом, но машина будет плохого качества. Это другой способ лжи.

МАРА: Политики дают много обещаний, чтобы убедить своих избирателей, но когда они, наконец, избраны, они не сдерживают своих обещаний. Это очередная ложь.

Б) ТЕСТ НА ПОНИМАНИЕ. Выберите правильный ответ: а, б, в.


1. Нацисты презирают Эйнштейна, потому что он был

а.
Немецкий
б. Французский
c. Еврей


2. Когда политики спорят, они обычно

а.
дисквалифицировать остальных
б.хвалить других
c. ценим других

3. В рекламе качество продукции лучше, если ее представляют

а.
простой мужчина
б. известное лицо
c. женщина

4. Демагогическая политика — использовать

а.истины
б. уверенность
c. софизмы

5. Многие политики дают обещания, а потом

а.
они не достигают их
б. они часто достигают их
c. они достигают всего

6. Политики используют софизмы и демагогию, чтобы получить

а.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.